Мелоди, стоявшая в заднем ряду за пультом управления, уже в десятый раз безотчетно поправила головную гарнитуру и, повернувшись, подняла взгляд на смотровую комнату, откуда за происходящим наблюдали ее коллеги, не имевшие доступа в Центр управления полетами. Как ни странно, среди них находился и Вулси, который отправил Мелоди вместо себя. Погруженный в раздумья, он, похоже, не замечал свою заместительницу.
– Волнуется, – прокомментировал только подошедший Джим, когда Мелоди передала ему наушники с микрофоном.
– А кто сейчас спокоен?
– Что бы ни случилось, это еще не конец, – пообещал администратор NASA. Слабая попытка утешить. – У нас теперь столько данных, что лет десять будем анализировать. И столько загадок – изучай не хочу.
Мелоди отрешенно кивнула, попытавшись отвлечься от гнетущей атмосферы, царившей в битком набитом помещении. Ее коллеги не сразу свыклись с мыслью, что Серенити и правда может оказаться инопланетным объектом – произвольно ускоряющимся астероидом, гигантским зондом или настоящим космическим кораблем. Поверив в невозможное, они загорелись надеждой, что поучаствуют в исследовании самой важной для человечества находки. Об этом никто не говорил, поскольку сомнения еще оставались, и немалые, – однако Мелоди чувствовала, как все вокруг напряжены.
– Отдел оптического контроля, отчет о готовности, – произнесла она в микрофон, как только обратный отсчет показал один час и двадцать минут.
– Космические телескопы готовы, настройка проведена, перебоев в работе нет, – прозвучал ответ у нее в наушниках.
– Наземные телескопы тоже начеку, – сообщила Джина со своего рабочего места. Ее рыжие волосы ярко выделялись даже на фоне светящихся мониторов.
– Отлично. Надеюсь, в ближайшие шесть минут мы обойдемся без проблем со связью и всплывающих ошибок. А затем будем ждать и наблюдать.
Отключив гарнитуру, Мелоди искоса взглянула на Джима. Он слегка располнел и смахивал на стареющего детектива, особенно когда вот так упирал ладони в бедра и будто бы нарочно выпячивал живот.
– Один час и четырнадцать минут, – тихо сказала она.
– Что, прости?
– От нас до Сатурна сейчас один и три десятых миллиарда километров – если грубо округлить. – Мелоди пустилась в объяснения очевидных вещей, потому что не могла стоять молча, пока судьба важнейшей работы в ее жизни висела на волоске.
– Да, разумеется, – рассеянно кивнул Джим.
– Это один световой час и четырнадцать световых минут. Вот сколько нам придется ждать.
Ее всегда завораживали расстояния в космосе, когда разум пасовал перед масштабом чисел. Даже родная для человека Солнечная система была столь огромной и пустынной, что, представив ее в уменьшенном масштабе – к примеру, лугом, по которому разбросаны стеклянные шарики, – вы не смогли бы увидеть ее всю невооруженным глазом, стоя на месте Солнца. Даже от Сатурна – шестой из восьми планет системы – свет добирался до Земли дольше часа.
В течение пары минут Серенити столкнется с этим газовым гигантом… «Нет, не столкнется», – поправила себя Мелоди. В любом случае все станет ясно на час и четырнадцать минут позже. Они заглянут в прошлое, поскольку барьер скорости света сливал расстояние и время воедино.
Когда на таймере обратного отсчета осталось две минуты и зеленые цифры сменились красными, Мелоди ощутила эту отсечку как удар. Сама того не желая, она проигрывала в голове одну и ту же сцену: Серенити, крошечная песчинка в сравнении с гигантским газовым шаром, врезается в него, словно жучок в лобовое стекло грузовика. На внешней оболочке Сатурна остаются лишь завихрения – взбаламученная смесь из кристаллов замерзшего аммиака и молекул метана, находящихся в непрерывном процессе фотолиза[23]. Частички эти беснуются в вечной химической реакции среди густых клубов водорода и аммиака, подстегиваемые внутренним теплом планеты.
И неважно, что Сатурн не имел твердой оболочки и поверхности как таковой. Серенити грозило не погружение в мягкую вату, а столкновение с преисподней. Будучи в сотню раз тяжелее Земли, Сатурн обладал настолько мощной гравитацией, что межпланетному Гостю оставался лишь один путь – прямиком к ядру. Состоящее из твердых пород и металла, ядро это намного превосходило планету Земля как размерами, так и плотностью. К тому же ни один объект не мог попасть вглубь Сатурна неповрежденным. Запредельное давление и высочайшая, как в солнечной атмосфере, температура сокрушат, расплавят, испарят Серенити задолго до столкновения с ядром.
23
Фотолиз, или фотодиссоциация, – химическая реакция, при которой молекулы химических соединений разлагаются под действием фотонов.