— Где вы научились так хорошо говорить по-английски?
Водитель переключил скорость — они преодолевали крутой подъем, — и двигатель натужно взревел. Гуну пришлось кричать, чтобы быть услышанным.
— В Дхарамсале,[54] в Маклеод-Гандж.
— Так вы были в Индии? Зачем же вернулись?
— Очень скучал по семье. К тому же понял, что побег от проблем не всегда помогает их решить.
— Я думала, что такое возвращение невозможно.
— Так и есть. У китайцев паранойя в отношении тех, кто хочет вернуться…
— Как вы вернулись?
— Пешком. Как люди ходят?
— Это опасно?
— В наши дни жить вообще опасно.
Джек услышал их разговор.
— Гун, расскажи ей о своем приключении на пути домой, — предложил он.
Гун рассмеялся.
— Нет!
— А что случилось? — спросила Нэнси, заинтригованная его отказом.
— Да так, ничего…
— Ну пожалуйста, расскажите!
— Если очень хотите, расскажу, только вам это не понравится.
— Очень хочу.
— Ладно. Мой путь лежал через высокие перевалы, и я совсем обессилел: шел уже двадцать один день, цампа кончилась… Знаете, такая ячменная каша? Мы все тут ее едим. Я чувствовал, что вот-вот упаду и не встану. И тут меня арестовали китайские солдаты.
— Ужас. Как же вы уговорили их отпустить вас?
Гун рассмеялся. Его смех показался Нэнси истерическим и озадачил ее.
— Уговаривать не пришлось. Они бросили меня в тюрьму в Дронгпа. Жуткий вонючий каменный мешок.
— Боже мой… Как же вы выбрались?
Джек, прищурившись, криво улыбался и наблюдал за Гуном. Гун скорчил гримасу и продолжил:
— Я был в отчаянии. Ведь я почти дошел и страшно злился на себя. Не знал, что делать. Вышло так, что меня посадили в камеру с другим тибетцем, стариком. Он сказал мне: «Если хочешь выбраться, есть только один способ — достать сигарету и прижечь себе гениталии».
Нэнси скривилась от отвращения. Это что, шутка? Она повернулась к гадко ухмылявшемуся Джеку и спросила:
— Это правда?
— Правда.
Преодолев неловкость, она все же задала вопрос Гуну:
— Каким образом ожог гениталий способствует выходу из тюрьмы?
— Ну, старик сказал, что, если я все сделаю правильно, это будет выглядеть как запущенная стадия венерического заболевания и тюремный врач, скорее всего, распорядится вышвырнуть меня вон.
С лица Нэнси не сходила гримаса отвращения:
— И вы сделали это?
— Конечно. Я был готов на все. Сначала попробовал на руке.
Он протянул Нэнси руку ладонью вниз, чтобы она рассмотрела шрамы, которые заметила еще в чайной: идеальные по форме зловещие кружки блестящей сморщенной кожи…
— Жуть какая, — проговорила Нэнси.
Гун кивнул.
— А потом я сделал так, как советовал старик. Боль была страшная, я серьезно заболел: температура, белый гной, нарывы…
Нэнси вздрогнула.
— Еще бы… И что доктор?
— Ему хватило одного взгляда. Он тотчас велел сержанту выпустить меня, поскольку жить мне осталось две недели и для них будет хуже, если я помру в тюрьме.
— Самая мерзкая история о побеге, какую мне доводилось слышать!
Джек продолжал ухмыляться.
— Гун, — сказал он, — надо же, ты умеешь угодить дамам.
— Я предупреждал, что ей не понравится.
— В следующий раз буду внимательнее к вашим предупреждениям, — сухо улыбнувшись, пообещала Нэнси.
Все трое как по команде замолчали.
40
По мере того как они спускались с вершин Тибетского плато, климат заметно менялся, а вместе с ним менялись флора и фауна. Поблизости от Кунгпа склоны гор сделались менее суровыми, и до самого Байи — неприглядного городка у переправы через реку — повсюду зеленели густые леса и заметно повысилась влажность, как в тропиках.
54
Джахарамсала — город в Индии, в штате Химачал-Прадеш, административный центр района Кангра.