– Это его типичное поведение.
– Что ж, я не пойму, почему он твой «мяу». – Джесс съедает кусочек шоколадки. – Правда, внешность у него как у модели.
– Ага.
– И он такой рельефный! Наверное, только и делает, что качается.
– Он загребной в первой восьмерке.
– И что?
– А то, что если он не учится, то тренируется. Это ведущая позиция в лучшей школьной команде по гребле…
– Ну да.
– Которую он сохранил и в одиннадцатом классе – так что он стал королем гребли на год раньше, чем ты могла предположить.
– Значит, он может очень быстро грести? Подумаешь! Все равно он недостаточно хорош для тебя.
– Что ты думаешь? В смысле, ты поняла, что он обо мне думает?
– Он безумно в тебя влюблен, дурочка. Ты завоевала сердце одного очень горячего придурка.
Нахмурившись, чтобы спрятать свою уже начавшую раздражать эйфорию, Ван Ыок нажала кнопку на пульте, включив очередное пятничное кино, «Бестолковые», – они не смотрели этот фильм с прошлого года.
– Сурово, – сказала она.
– И вполовину не так сурово, как он заслуживает. Серьезно, если вы начнете встречаться, мы перестанем быть подругами.
– Наша дружба в безопасности.
Ван Ыок взяла кусочек шоколадки, которая вызывала в ней мысли о Нарнии, волшебстве и маленьких стеклянных колбочках.
18
Субботнее утро началось с долгой пробежки вдоль берега реки.
Потом душ (и обязательно подсушить волосы).
Пятьдесят минут занятий с гобоем. Фу! И все равно вырвалась пара звуков, похожих на кряканье уток. Округли звук. Округли звук. Ее новая трость[17] была все еще слишком жесткой – нужно было чуть-чуть разработать ее. Она помассажировала мышцы лица костяшками пальцев, прижимая их к зубам.
Потом была попытка написать введение к журналу по искусству. Что это значит? Что это значит для меня? Она написала о сцене из «Красоты по-американски», где соседский парень снимает на камеру, как ветер подбрасывает в воздухе белый полиэтиленовый пакет. В этой мелочи из обыденной жизни отражается красота балета. Хрупкость. Уязвимость. Хм. Это казалось какой-то галиматьей, но, наверное, должно было сработать, учитывая требование сохранять баланс между легкомысленным и серьезным. Журнал стал местом, где можно было все. И было здорово иметь такое место – место, где не было правильного и неправильного. Что это значит для меня?
Ван Ыок создала новую страницу, где несколько раз написала цитату Пикассо – «Искусство – это ложь, которая делает нас способными осознать правду», а потом попыталась объяснить ее в свете своей работы. Незначительные детали объединяются в одно, чтобы показать нам нечто новое, нечто большее.
Она поискала в интернете картинки с фотографиями улиц и тротуаров со всего мира, где бы были отметки геодезистов, и сохранила несколько, чтобы потом распечатать в школе.
Потом она смотрела фотографии металлических поверхностей и старых стекол.
Еще не было и одиннадцати, а Ван Ыок уже переделала кучу дел.
Потому что кто раньше встает, тому Бог подает.
Ей очень нравились немного чудные поговорки и идиомы. Именно их они изучали с Деби во время ее первого года в подготовительном клубе, когда ей было пять. Дома она такого не могла услышать. Рыбак рыбака видит издалека. Буря в стакане воды. Семь раз отмерь, один раз отрежь.
Мама иногда использовала вьетнамские пословицы, например: «Если будешь долго точить сталь, однажды она станет иголкой», «Посмеешься над другими сегодня, завтра другие будут смеяться над тобой». Ну, или другие, которые просто оказывались вариациями на тему старательной учебы: «Когда руки работают, рту можно только жевать», «Хорошее начало – половина битвы».
Ван Ыок прозанималась еще пару часов, и вот настало время зайти за Джесс и отправиться на работу. Пять часов делать роллы из рисовой бумаги в «Роллы Генри Ха Мина» на Чапел-стрит. Сидячих мест там было только на двенадцать человек, остальным приходилось забирать еду навынос, и перед заведением всегда выстраивалась длинная очередь. Кухня по размеру была такой же, как зал. По субботам на заготовках и приготовлении роллов работало шесть человек. Работать надо очень быстро. «Быстрая и свежая еда» – это легко продается.
Генри держал еще два небольших, но таких же популярных заведения: «Клецки Генри Ха Мина» и «Барбекю Генри Ха Мина». Он был неумолимым минималистом. Идеальный, маленький сегмент в каждой области. На всех его вывесках слова напечатаны строчными буквами, шрифтом Courier. Все его кафе изнутри выкрашены грифельной краской, поэтому на стенах каждый день менялись графическое оформление и надписи. Сегодня там было написано: «Задача искусства состоит в том, чтобы придать жизни форму… Жан Ануй[18]». Его девушка, Тьен, была дизайнером интерьеров и такой же помешанной на контроле перфекционисткой, как и сам Генри. Когда он выставлял на улице палатку с роллами, булочками и барбекю – «Ресторанчик Генри Ха Мина» – в соцсетях чуть не писались от восторга.
17
Звукопроизводящий элемент гобоя, чаще всего изготавливается самими гобоистами, так как должны обязательно учитываться индивидуальные особенности музыканта.
18
Жан Мари Люсьен Пьер Ануй (1910–1987 гг.) – французский драматург и сценарист, видный деятель французской литературы XX века.