Так вот, в один прекрасный день, глава группировки, генерал Воронин, послал меня и моего напарника… Нет, не туда, куда вы подумали, а на задание на Армейские Склады, в деревню кровососов. В то время она ещё так не называлась, ибо эти тварюки там появились позже, тогда это была обычная заброшенная деревенька. И нам предстояло забрать оттуда кое-какое снаряжение. Какое именно? Ага, разбежались! Так я и сказал!.. И как туда это снаряжение попало — тоже дело не ваше!
Нам выдали оружие, патроны, детекторы, и мы отправились в путь. Добрались до Складов почти без приключений, если не считать за что-то особое, нападение стаи слепых псов в десять голов и присоединившегося к ним небольшого стада кабанов.
К пяти часам дня мы уже стояли на косогоре и в бинокли изучали подходы к водонапорной башне — месту, где и находилось необходимое снаряжение. Деревня как деревня: разбитые дома, пара псевдопсов, куча «жгучего пуха» и… И еще трупы. Куда же без них.
Решив, что опасаться особо нечего, мы с Нейроном спустились с сопки и двинулись к башне. Псевдособаки, завидев вооруженных людей, дали дёру в сторону базы отморозков из «Свободы». Кстати, те ещё идиоты — хотят Зону заповедником сделать. Ха-ха. Представляю себе картинку: экскурсовод «свободовец» ведёт группу туристов:
— Тут у нас значит, — говорит он, показывая на выжженный круг земли, где «Жарка» притаилась, — солярий. Пользоваться им не советую — быстро обгораешь…
— А это кто? — спрашивает один из туристов, указывая на здоровенного кабана.
— А! Да это же хрюша местный! Можете ему еды кинуть, только с рук не кормите, а то по колено оттяпает…
И всё такое в том же духе.
Но не будем отвлекаться. Идём мы уже посередине улицы деревенской, и тут слышу — кто-то сопит в доме справа. Так противно-противно: хриповато, с присвистом. Я сказал об этом напарнику.
— Да это ж кровосос! Откуда взялся?
— Ну, тогда я его гранатой…
— А спорим, я его с одним ножом за две минуты уложу? — от такого я честно признаюсь выпал в осадок. А Нейрон смотрит на меня, глаза блестят, рука правая уже нож держит. М-да. С ножом да на столь сильного монстра… Тут шанс на победу был совсем ничтожен. Хотя, зная своего друга…
— Ладно. Но если что — я ему башку сразу снесу.
— Идёт.
Я глянул на КПК: 17.12
Напарник отдал автомат, а сам — прямиком к «комару». Тот, на самом деле, спал, сидя на пятой точке у стены, обхватив колени здоровенными ручищами. Почуяв движение, открыл глаза. Спросонья увидев перед собой человека, зачем-то проникнувшего к нему с ножом в руках в дом и выкрикнувшего «Бу!!», аж шарахнулся в сторону.
Я мутанту даже посочувствовал. Когда к нам в казарму по утрам врывается Прапор и начинает орать «Подъём!», чувствуешь себя примерно так же, как и разбуженный Нейроном «дракула»…
Через несколько мгновений кровосос понял, что происходит, и сразу в «стелс» режим ушёл. Затем друга моего с ног сбил и сверху навалился. Я уже АК в окно домика просунул. А Нейрон не растерялся — полосует супостата ножом по артериям, по морде. Кровища — рекой льется. Ещё пара ударов, и монстр обмяк.
— Сколько времени?!
— 17.14! Успел.
— Я же говорил.
Когда мы уже возвращались со здоровенным цинком с **************, Нейрон, до того погружённый в какие-то неведомые простым смертным думы, вдруг просиял и поделился радостной и простой (на словах, разумеется) как всё гениальное, мыслью. Впрочем, я её всё равно понял не сразу:
— А у меня идея!
— Дай угадаю — на псевдогиганта со скалкой попрёшь?
— Нет, — не оценил шутки Нейрон. — Давай арену сделаем!
— Чего сделаем?
— Ну… Выкупим дом, где-нибудь рядом со «Ста рентгенами». А там уже… — напарник задумался. — Не знаю, понаставим всяких ящиков, блоков, а сталкеры пусть с монстрами на время дерутся. Тотализатор организуем. Выиграл — получи денежки. Нет — Царствие тебе Небесное. А?
Так и появилась у нас мечта. Но мечты мечтами, а вот осуществление грёз — дело иное. Тут мы столько натерпелись, что и бросить под конец всё хотели…
Вернулись на базу, доставили в целости и сохранности груз. Пошли к Петренко делиться идеей. Командир оказался в плохом расположении духа (не иначе, снова бросал курить) и потому задумку не оценил. Послал нас ко всем чертям, а также посоветовал вместо того, чтобы страдать всякой никому к дьяволу не нужной и в гробу им виденной ерундистикой, почаще натягивать «Свободу» на автоматы.[3] И подумав, добавил, что если мы будем продолжать вступать в половые контакты с его мозгом, то он нас лично в карцере сгноит и не посмотрит на боевые заслуги.
Мы, конечно, приуныли.
Напарник не спал всю ночь, ворочался так, что в казарме никто толком заснуть не мог. Кравцов, сержант наш, даже запустил в него своим «берцем». Нейрону тут же в голову пришла толковая идея. И на следующее утро Петренко дал добро, ибо устоять перед таким доводом, как «Арена необходима для тренировки личного состава, подготовки его к реальным боевым действиям в рейдах, а так же для изучения агрессивного поведения мутантов» он не мог. Да и Воронин был «за».
Теперь оставалось лишь договориться с хозяином «Ста рентген», у которого практически все здания в округе были в «собственности». Тут-то и начались проблемы…
Бармен всегда был тем ещё фруктом, но в этот раз он превзошёл самого себя! Потребовал за здание напротив своего подвала далеко нескромную сумму с изрядным количеством нулей. Ни у меня, ни тем более у Нейрона нужной суммы не было, а просить деньги у Воронина мы не отважились. Пришлось напомнить барыге, кто обеспечивает охрану его заведения, а также, кто однажды во время Гона спас его поганую за… Гм… Пятую точку от взбесившегося чернобыльского пса. Торговец призадумался, — наверное, вспоминал зубы того «пёсика», — а через пару минут выдал нам ответ: «Идите-ка вы на ***, господа!»
Пришлось договариваться иначе…
Продержав нас за жестокое избиение Бармена и его охранников в карцере несколько суток, Петренко пошёл лично договариваться с торгашом о помещении… Нас выпустили в этот же день — полковник, оказывается, также не смог договориться миром. Не заладилась жизнь у хозяина «Рентгенов».
Затем наш бравый «парламентер» наведался к Воронину. Тот тоже решил посетить барыгу. Мы с Нейроном, когда об этом узнали, одновременно плакали взахлеб и смеялись до коликов, — с одной стороны не могли не ухахатываться, представляя, как наш командир метелит несговорчивого Бармена; а с другой — боялись, что и генералу торгаш согласия не даст.
Ход переговоров, к сожалению, остался тайной, но помещение нам выделили. Как раз напротив «Ста рентген». Тут началась вторая волна проблем…
Такой чудовищной разрухи мы давненько не видели: внутри здание едва не рассыпалось и держалось исключительно на шести колоннах-опорах. А те внушали лишь ужас и отвращение. Пол устилал плотный ковер из различного мусора толщиной в полметра. Освещения, какой-либо вентиляции и в помине не было. Запах стоял такой, будто тут полчище бюреров туалет устроило.
Не знаю, что тогда удержало нас от того, чтобы пойти и покалечить Бармена. Пожалуй, лишь нежелание снова сидеть в карцере. Я почти отчаялся — что можно сделать с таким объектом? Переправить через Периметр пару сотен гастарбайтеров для хорошо оплачиваемых работ в месте опасном для жизни и психического здоровья? Да, наша арена выглядела настолько плохо! Неподготовленный человек наверняка от такого «пейзажа» убился бы об стену, только б не видеть всего этого!
Но Нейрон упёрся. Матерясь во всё горло, ежесекундно проклиная избитого торгаша, принялся разгребать завалы. Ну и мне ничего не оставалось, как помогать ему в этом деле.
Через неделю мы смогли вычистить основное и все служебные помещения. Хлама собрали — тьму. Уже хотели попросить у Воронина выделить нам пару человек в помощь, чтобы унести все это куда-нибудь в район Дикой Территории к ближайшей аномалии. Но по стечению обстоятельств мы поступили иначе.
3
Натягивать «Свободу» на автоматы — из рассказа s@s «Дождь». В повествовании говорилось, что полковник Петренко раздобыл на Большой Земле и доставил в Зону массу призервативов «Freedom», («Свобода») и у солдат «Долга» появилось новое упражнение — натягивание призервативов на стволы автоматов.