Один Друг.
Один Враг.
Проблема в том, что исключить нельзя никого.
Йефф ненавидит его еще с событий на Биркагатан, и их отношения отнюдь не улучшились за последние дни.
Хассельквист с двумя «с», конечно, убеждал его, типа, кто старое помянет, тому глаз вон, но это вполне может быть и чистым лицемерием с его стороны. Ведь там, на трассе Е4, Эйч Пи его конкретно изметелил. Облил слезоточивым газом, унизил и к тому же испортил ему его «End Game». Такую несправедливость мало кто проглотит просто так, даже мягкотелый слабак Кент.
С Норой дело посложнее. Но теперь очевидно, что она устраивала поджоги, возможно, и тот самый, от которого он чуть не погиб у себя в квартире, а также и несостоявшийся поджог магазинчика Манге. Эйч Пи также не до конца оставил мысль и о том, что она отравила его с помощью своих лошадиных пилюль.
Последнее имя в списке – это его старый приятель Фарух Аль-Хассан, он же Магнус Сандстрём. Все тот же мифоман Манге, который вместе с приснопамятным Гейм-мастером кормил его всяческим враньем, так что Эйч Пи даже не попытался вычленить, что же из пережитого им за последние два года было на самом деле, а что – Игрой.
Так или иначе, неслабый набор подозреваемых, удачного расследования тебе, Коломбо!
Так почему же он просто не остался дома? Зачем стал подвергать себя риску во всем этом безумном проекте? Вот они, вопросы, на которые нет нормальных ответов…
Питеру Фальку [104]точно пришлось бы работать сверхурочно.
Спустившись по эскалатору, Ребекка успела вскочить в набитый битком вагон за долю секунды до предупреждающего сигнала, и двери за ней закрылись. Потные туристы, б ольшая часть с сумками на поясе, в кепках и с бутылками воды, что явно указывало на то, что это американцы. Она очутилась в толпе, и ей не за что было держаться. Кто-то притиснулся к ней сзади, а она попыталась отодвинуться немного в сторону, насколько это возможно. Похоже было, что кондиционер работал, потому что его шум в сочетании с грохотом поезда метро не позволяли расслышать, о чем говорили люди. Человек у нее за спиной снова стал на нее наваливаться, и она уже было собралась обернуться, чтобы объяснить, что ей некуда дальше сдвинуться, и тут услышала у самого уха знакомый голос.
– Не оборачивайся!
– Манге, какого?!.
Краем глаза она заметила бейсбольную кепку и пару темных очков.
– Нет, только, ради бога, не оборачивайся…
Он уперся ей ладонью в спину.
– О’кей.
Ребекка продолжала смотреть в другую сторону. Все это по меньшей мере как-то глупо, и если бы его голос не звучал так тревожно, она бы давно уже наплевала на его инструкции.
– Я тебе кое-что послал, – прошептал он. – Прочти, и тогда поймешь, как обстоят дела…
– Но, Манге, это же…
Она стала оборачиваться.
– Нет-нет, оборачиваться нельзя. Они за тобой следят, он за тобой следит!
– Кто, Манге? Кто за мной следит?
– Саммер, естественно.
Его голос звучал испуганно.
– А зачем ему это, Манге? Насколько я знаю, он вовсю ищет тебя. Он бы очень обрадовался, если бы я вас свела…
Вагон дернуло, и на мгновение она чуть не упала навзничь, но плотно упакованные вокруг нее тела помогли ей удержаться на ногах.
– Не надо о таком шутить, Бекка, – прошептал он.
– Я не шучу, Манге. Хенке уже пытался убедить меня в том, что дядя Таге на самом деле Гейм-мастер, а теперь вот твоя очередь. Но, в отличие от вас двоих, Таге Саммер мне помог, несколько раз спас мою шкуру…
По громкой связи объявили станцию, название которой Ребекка не расслышала, и поезд начал медленно снижать скорость.
– К тому же у тебя есть кое-что, что принадлежит мне… – сказала она.
– Что-что?
– Не прикидывайся, будто не знаешь. Банковское хранилище на Свеавэген. Ты выкрал металлический ящик, принадлежавший моему отцу, из моей банковской ячейки. Я видела тебя на видео…
– Не знаю, о чем ты говоришь, Бекка, – как-то слишком быстро ответил он. – Дело в том… – Он стал еще ближе говорить ей на ухо. – Игра, она как тесты Роршаха, такие чернильные пятна, ну, ты знаешь. Мозг сам толкует события и заполняет пустоты. Человек видит только то, что хочет видеть, Ребекка…
Поезд подъехал к перрону, резко затормозил, и снова она чуть не упала. Двери открылись, народ начал толкаться со всех направлений. Снова вернув себе равновесие, Ребекка оглянулась, но Манге уже не было. Только через некоторое время она обнаружила телефон, который он подсунул ей в карман. Блестящий, серебристый, со стеклянным сенсорным дисплеем.
Глава 23
Spheres of reality [105]
Теперь у нее сложилась почти вся эта головоломка. По крайней мере, ей так казалось.
Отец, Андре Пеллас, ядерная программа, банковская ячейка, Таге Саммер… Цепочка становилась еще длиннее, если включить в нее самое невероятное: револьвер, улицу Свеавэген и Улофа Пальме [106]… Но пока что Ребекка старалась не слишком давать волю своей бурной фантазии. Вместо этого уже несколько дней она продолжала перебирать в голове скороговорку:
Отец и Андре/дядя Таге вместе служат в миссии ООН.
Папу несправедливо увольняют со службы за поступок, который он считает правильным.
Дядя Таге берет папу на службу в секретную ядерную программу. Посылает его с секретными заданиями в США для обмена информацией с американцами. И продолжает делать это много лет, несмотря на то, что проект официально закрыт. До тех пор пока одна газета не начинает во всем этом рыться в середине 80-х. Тогда в панике проект закрывают раз и навсегда, и отца снова без предупреждения выгоняют, а весь их труд, всё, во что он и дядя Таге верили многие годы, оказывается выброшено в мусорную корзину.
И все это – вина правительства Пальме…
Дурнота, преследовавшая Ребекку с момента посещения клаустрофобической каморки Туре Шёгрена, никак не проходила. Она встала с дивана, подошла к окну и распахнула его настежь. Улица внизу была совершенно темной, без малейших признаков жизни. Кроны деревьев напротив не позволяли разглядеть что-либо в глубине парка дальше чем на десять метров. И на миг ей показалось, что там среди теней кто-то стоит, стоит и наблюдает за ней. Ребекка знала, что это ей только показалось, и все же решила задернуть одну штору, когда снова села на диван с ноутбуком.
Найти психологический портрет подозреваемого на Википедии заняло одну минуту:
Одиночка, мужчина с расстройством личности, ведомый ненавистью к Пальме. Вероятно, в течение всей жизни испытывал проблемы в отношениях с людьми, особенно с разного рода авторитетами. Интроверт, одинок, испытывает проблемы личностного свойства, но не психопат. Его состояние тесно связано с ощущением «неудавшейся» жизни. Неудачи приводят его в состояние депрессии, которая переходит в стадию паранойи. Когда/если личности подобного типа начинают совершать преступления насильственного характера, их возраст, как правило, составляет 35–45 лет…
В 1986 году ее отцу было сорок пять. Амбициозный, разочаровавшийся неудачник, к тому же параноик. Из тех, что никогда не забывают о том, что с ними поступили несправедливо, будь то в реальности или в их воображении.
Никогда и ни за что не забывают…
Все, что теперь нужно, это оружие, О.У.У.П. И кое-какое содействие…
Потому что вдруг он был не один? Вдруг его кто-то аккуратно подтолкнул в нужном направлении, кто-то, кому он доверял? Беседа по телефону, сообщение о времени и месте… Больше ничего и не требовалось. Возможно, папа думал, что у него в жизни появится новый шанс? Что он снова станет частью чего-то большого, где его услуги снова понадобятся? Что он снова станет кем-то?
Снова вернется в Игру.
104
Питер Фальк (1927–2001) – американский актер, наиболее известный своей ролью лейтенанта Коломбо в одноименном сериале.
106
Несмотря на то, что по делу об убийстве Пальме существует наиболее вероятная кандидатура убийцы (Кристер Петерссен, умер в 2004 г.), его вина до сих пор не доказана до конца, что порождает массу иных версий убийства.