Тем не менее следы борьбы отсутствовали. Майло сформулировал рабочую гипотезу: удар тупым предметом неподалеку от раковины, затем тело было упаковано в покрывало и три пододеяльника, изъятые из бельевого шкафа, вынесено во двор и там брошено. Возражений от экспертов не последовало.
Техники-криминалисты перешли к снятию отпечатков пальцев. Полицейские из участка Ван-Найс несли стражу у желтой ленты, натянутой перед домом. Седой, сутулый детектив из Ван-Найса по имени Уолли Фишелл появился, когда тело уже увезли. Выглядел он сонным и недовольным. Майло ввел его в курс дела, и Фишелл заявил:
– Был бы рад поработать вместе с вами, лейтенант, но если вы не хотите, чтобы я лез в ваше расследование, не буду настаивать.
– То есть самоустраняетесь?
– Если на то будет ваше желание, – повторил Фишелл.
– Вот спасибо за одолжение!
– Я не сваливаю свою работу на вас, – обиделся эксперт, – однако и под ногами путаться не хотел бы.
– Не вопрос.
– Слушайте, лейтенант, как скажете, так оно и будет. Я тоже пашу как проклятый, а сейчас у меня по плану вроде как выходной. Я с внучкой думал побыть. Она живет в Сан-Матео, у меня не так часто выходит туда выбраться.
– Ну, так поезжайте к внучке.
– Да теперь-то что, все равно я уже здесь.
– Можете расслабиться, – Майло махнул рукой. – Это наверняка часть моего дела.
– Так вы знаете, кто убийца?
– Скорее всего, тот же, кто убил мою первую жертву.
Фишелл явно ждал продолжения.
– Пока что это все, что мы знаем, – был вынужден признать Майло. – Так что возвращайтесь к внучке. Сколько ей?
– Пять.
– Прекрасный возраст!
– Кто бы спорил… Мы смотрели «Дору-путешественницу»[13], мультфильм такой, – пояснил Фишелл. – У вас дети есть?
– Нету.
– Извините. Ну, ладно, всего вам хорошего, я поехал досматривать «Дору».
Уезжать мы не торопились – вдруг эксперты наткнутся на что-то серьезное. Пока что следов взлома обнаружить не удалось. Шлепанцы Фиделлы нашлись в гостиной, и там же – три пустые пивные бутылки с его отпечатками. На кие отпечатков не было – вероятно, его протерли. То же самое и с заляпанным кровью кожаным чехлом от кия. Полное обследование дома закончится только к утру. Компьютера не обнаружилось, но пустое место на столе в спальне и старый лазерный принтер в шкафчике рядом со столом наводили на определенные мысли. Мобильник Фиделлы валялся на кровати. Майло проверил звонки – с самого утра ничего – и протянул телефон криминалисту, который с уважением разглядывал орудие убийства.
– Взгляните-ка, лейтенант. Рукоятка из слоновой кости, причем, похоже, настоящей… А тут вообще красота!
Средняя секция кия, палисандровая, была инкрустирована серебряными символами четырех карточных мастей.
– Такая штука, лейтенант, стоит серьезных денег. А бильярда у него нет, так что, наверное, он ходил по барам или там по бильярдным со своим кием.
– Или кий принес с собой убийца.
– Такую редкую вещь? – удивился криминалист. – А если б он сломался?
– Ради выгодного дела можно рискнуть.
– В чем тут выгода-то?
– В проломленном черепе Фиделлы.
– А… Ну, может быть.
Мы собрались уезжать. Роланд Штаубах наблюдал за происходящим с лужайки перед своим домом. С ним были Руфус и светловолосая женщина, как и он в шортах и футболке. Жильцы соседних домов тоже обретались неподалеку. Майло помахал Штаубаху рукой. Тот нехотя махнул в ответ и отвернулся.
– Такое чувство, что дружный квартал неожиданно утратил интерес к происходящему, – прокомментировал Майло, заводя мотор. В следующий раз он заговорил, уже проехав полдороги по Беверли-Глен. – Мартин Мендоса все лучше вписывается в картину. Расколоть Фиделле башку, а потом угнать его тачку – именно такой херни и можно ожидать от неуравновешенного подростка.
– А мотив? – спросил я.
Перегнувшись через руль, Стёрджис включил служебную рацию и сделал вид, что крайне заинтересован рапортами о мелком хулиганстве и превышениях скорости. Последние десять минут до моего дома никто из нас не произнес ни слова.
– Пока, – сказал я, вылезая из машины.
– Как ты думаешь, кому я сейчас собираюсь позвонить? – Майло негромко выругался. – Вряд ли он обрадуется – своего любимого подозреваемого только что лишился насовсем, значит, снова в школу… Так зачем, говоришь, Мартину убивать Фиделлу?
– Понятия не имею.
– Эй, – возмутился Майло, – придумай что-нибудь другое, это моя реплика. И не забудь сказать Робин, откуда цветы; сдается, я забыл приложить записку.