— Папа и эта женщина, Гретчен, очевидно… — Я попыталась подыскать правильное слово. Встречаются? Но они же не школьники. Любовники? Звучит тошнотворно. Я решила сказать «общаются».
— Не сомневаюсь, что они общаются, — кивнул Шон. — Хочешь знать, что я думаю?
— Валяй.
— Это ответный удар. — Он положил на тарелку гамбургер. — Отец платит тебе той же монетой. Думаю, и мама с ним заодно.
— О чем ты?
— Весь год ты лгала им о том, где работаешь.
Я начала было оправдываться, но Шон жестом попросил меня замолчать.
— Каким-то образом родители узнали правду. И решили свести с тобой счеты, преподать урок, который ты никогда не забудешь, — заявил он. — Все это инсценировка. А Гретчен, возможно, актриса, которую наняли, чтобы тебя разыграть.
— Актриса? — Я чуть не подавилась картошкой.
— Конечно. Несколько лет назад мы так же поступили с моим приятелем Эм-Джеем.
Я непонимающе посмотрела на брата:
— Я не в курсе.
— У Эм-Джея был день рождения, двадцать пять лет, и он устроил большую вечеринку в «Кэллаганс», в центре города. А мы с друзьями, чтобы вогнать его в краску, наняли «поющую телеграмму»[2] — девчонку по прозвищу Беременная Пэтти. Боже мой, как это было круто! — Шон улыбнулся своим воспоминаниям. — Она ворвалась в ресторан, изображая беременную проститутку: высокие кожаные сапоги, сетчатые колготки, под кружевное платье засунута подушка. — Он ухмыльнулся. — Беременная Пэтти громко поносила Эм-Джея за то, что он бросил ее с еще не родившимся ребенком. Он ужасно разволновался и доказывал, что «видит эту женщину впервые в жизни». Естественно, он говорил правду. Потом она швырнула ему в лицо бокал, включила караоке и принялась исполнять «Эти бутсы были сделаны для ходьбы…». Неужели ты не понимаешь? И Гретчен тоже такая же… «поющая телеграмма».
Мой брат просто ненормальный!
— Мне кажется, ты шутишь.
— Нисколько!
Официант снова наполнил Шону бокал, и он моментально все выпил.
— Считаешь, что наши родители наняли какую-то дешевую актрису… по прозвищу, не знаю, Гретчен — охотница за мужчинами…
— А что, звучит неплохо! — одобрил Шон.
Но я не обратила на него внимания.
— И отправили ее разыграть меня?
— Тебе лучше знать.
Боюсь, все наоборот.
— Я видела ее. Поверь мне, она не актриса!
— Ты должна мыслить логически, — настаивал Шон.
Брат просил меня мыслить логически?
— Почему из всех компаний, которые оказывают подобные услуги, она выбрала именно вашу? Разве шансы были большие?
— Достаточно большие, учитывая, что «Развод. Инк» — единственная компания такого рода на весь Массачусетс!
— Все равно, — не унимался мой брат. — Я считаю, что приход Гретчен к тебе — невероятное совпадение. Скорее всего это было подстроено.
Неужели Шон прав? Я серьезно не размышляла над этим вариантом.
— Думаю, это возможно…
— Не только возможно, но и вполне вероятно, — настаивал он. — Я ведь пока еще живу с предками. Будь у отца роман, я знал бы об этом, почувствовал какие-нибудь признаки.
— Но как тогда объяснить его странное поведение? Деловые завтраки, которые длятся до вечера? Отмена семейного ужина?
— Отец просто очень занят. Помнишь, сколько коробок он притащил на днях домой? Он работает над каким-то большим проектом и, чтобы все успеть, вынужден уделять ему очень много времени.
А я и забыла про коробки. Какая хорошая мысль! Нет, даже великолепная мысль!
— Значит, ты считаешь, что маме не стоит ничего говорить?
— Ни в коем случае! — Шон дожевывал гамбургер. — Давай я проверю, раскопаю поглубже — если, конечно, вообще что-то происходит. И тогда, если появится какое-нибудь серьезное подтверждение, мы пойдем к маме.
Чем больше Шон говорил, тем лучше я себя чувствовала. Может быть, все-таки остался шанс — пусть даже самый ничтожный, — что все не так плохо, как мне показалось? Может быть, родители действительно меня разыграли, пусть и довольно жестоко… Но с моей семьей все будет в порядке. К тому моменту как официант принес счет, мне стало легче и я почувствовала прилив сил.
— Мы раскопаем эту историю, — пообещал Шон.
— Ты действительно считаешь, что произошло ужасное недоразумение?
— Конечно, но на всякий случай я займусь этим… полюбопытствую немного, — рассуждал Шон, размахивая вилкой. — Если отец хоть что-то замышляет, я выясню.
— Спасибо, — абсолютно искренне поблагодарила я его. И пообещала себе выкинуть эту историю из головы, пока Шон не закончит расследование.
Вернувшись после ленча в офис, я обнаружила на автоответчике новое сообщение и, нажав на кнопку, услышала голос Софи Кеннисон:
2
«Поющая телеграмма» — вид услуги, которая была введена одной из телеграфных фирм Нью-Йорка в 1933 году. Курьер, доставлявший поздравительную телеграмму, пел ее текст.