Он только-только отошел от принцессы, невозможно, чтобы она попала в переделку. У этой гинайки мишень на лбу, что ли?
Деметрий вскарабкался обратно по крутому холму. Сердце колотилось за грудиной ‒ так он спешил. Аргонавт мчался по тропинке, кожу заливал пот.
Через пару минут на берегу реки он увидел лишь перевернутые пустые ведра и кинжал, который дал принцессе.
– Ската. – Тревога сменилась паникой. – Изадора!
Пронзительный крик заставил его развернуться. Он выхватил клинок из-за спины и побежал что есть мочи.
Аргонавт остановился в месте, где ручей впадал в небольшое озеро: густой, как суп, туман висел над водой, так что сложно было увидеть, что было на западном берегу, но то, что плавало посередине, игнорировать нельзя. Как и то, что парило вверху, готовое к нападению.
Изадора лежала на спине в воде с закрытыми глазами и раскинув руки. Она была такой безмятежной, будто спала, а над ней зависли в ожидании три мрачных рэйфа. Они облизывали клыки, словно стервятники перед трапезой.
У Деметрия душа ушла в пятки.
– Эй! – Он запрыгал, пытаясь привлечь внимание тварей, и замахал паразонием. Изадора и глазом не моргнула, но три чудища вскинули головы и нацелили на Деметрия алые глаза.
Вот проклятье, это вовсе не рэйфы, а керы[6] ‒ дочери богини ночи Никс, сёстры мойр, духи смерти, что выпивали кровь жертвы до капли.
Они не могли убить силой. Но, насколько он знал мифы, ждали приближения смерти, чтобы завладеть добычей.
Деметрий посмотрел на принцессу: она, казалось, не изменилась с тех пор, как они расстались у ручья. Возможно, без сознания, но уж точно не при смерти. Она…
Вода вокруг нее всколыхнулась, и рядом с ее голой ногой появилось чешуйчатое щупальце, а потом снова исчезло.
О… зараза!
Деметрий без раздумий бросился в воду, выкрикивая имя Изадоры, пока не нырнул. Его мышцы болели от усилий. Он поплыл еще быстрее, когда что-то коснулось его ноги. Даже под водой слышал крики кер.
Аргонавт вынырнул рядом с Изадорой и глотнул воздуха. Схватил за руку, но принцесса не шевельнулась, даже когда он обхватил ее за талию и потащил к берегу.
– Очнись, демон побери!
В воде Изадора была мертвым грузом. До берега Деметрий добрался в два раза медленнее, и каждый раз, когда что-то касалось его под водой, был уверен, что сейчас их проглотит какой-то подводный змей. Наконец аргонавт достал ногами до илистой почвы, поскользнулся, выпрямился, повернулся и потащил Изадору из воды. Раздался треск рвущейся рубашки.
Керы закричали от разочарования, когда Деметрий вытянул их добычу на берег. Вода закипела и вспенилась в центре озера. Кровожадные духи взвизгнули и пропали в тумане.
Деметрий поддерживал Изадору и со страхом смотрел, как вода уходит, словно ее засасывает гигантский водоворот. Показались камни, камыши и стволы деревьев, но аргонавт все внимание обратил на огромного зверя с шестью головами, появившегося из водной колонны в центре озера.
– Да что б меня! – Он посмотрел на неподвижную Изадору, а потом опять на чудище ‒ гибрид змеи и шести разных драконов. Деметрию в жизни не сбежать от такой твари, тем более с принцессой. Адреналин зашкалил. Аргонавт в панике пытался найти выход. В руке остался клинок, который он чудом не потерял.
Деметрий уложил Изадору за большим кустом, подтянув ее ноги, чтобы скрыть. Затем сглотнул и простер над ней руки, бормоча по-медейски и накладывая защитные чары, расходуя оставшиеся силы.
Он был плохим ведьмаком, особо не учился. Не хотел, да оно ему и не надо было. Теперь же… жалел, что хоть немного не принял свое наследие.
Заклятие вышло жалким. Придется отвлечь зверя и увести его куда-то. И надеяться, что Изадора очнется и уберется отсюда, пока тварь до нее не добралась.
Напоследок бросив взгляд на бесчувственно лежавшую на траве мокрую Изадору, аргонавт впервые в жизни пожалел, что так сурово с ней обращался. Жаль, что он ни разу не чувствовал ее объятия, не вкусил сладких губ, не погрузился хоть однажды в нежное лоно.
Однако сожаления фиг помогут.
А ведь ему должно быть известно как никому. Единственный плюс во всем этом кошмаре в том, что Аталанта не получит так отчаянно желаемое.
Деметрий вернулся на берег озера и, держась в тени, перебежал подальше от убежища Изадоры.
С грохочущим пульсом он остановился и схватил оружие обеими руками.
– Эй!
Водная колонна расплескалась во всех направлениях, окатив и Деметрия, и землю. Чудовище развернулось. Две головы выдохнули огонь метра на полтора.
– И это все, на что ты способна? Почему бы тебе не подойти сюда и не попробовать еще раз? – заорал Деметрий.
Средняя голова заревела, затем тварь нырнула под воду и стремительно поплыла к берегу.
Став поудобнее на превратившейся в грязь почве, аргонавт приготовился напасть. Чудище пулей выскочило из воды, пролетело над головой Деметрия и опустилось на четыре лапы с ударом, от которого задрожала земля. Аргонавт развернулся. Одна голова бросилась вперед с открытой ужасной пастью. Но не успела она его поджарить, как Деметрий взмахнул мечом.
Клинок поразил толстую шею, и голова скатилась с хлопком. Другие головы завизжали и отшатнулись. Но вместо того, чтобы замедлить чудище, рана придала ему силы. На месте одной отрубленной тут же выросли две другие, и теперь их стало семь.
– Да что б меня! – Не обычное чудище, а сама Гидра[7]. Деметрий лихорадочно начал вспоминать, что ему известно о легендарном монстре. На месте потерянной головы прирастали две другие. Только одна голова была смертной, и, отрубив ее, можно прикончить тварь.
Конечно, надо выяснить, что это за голова, и приблизиться настолько, чтобы ее отсечь. И не поджариться под напором остальных.
О боги… он попал в мясорубку.
Деметрий оглянулся на куст, который скрыл Изадору, а потом посмотрел сквозь туман.
Аргонавт замахал мечом.
– Попробуй еще раз, глупое создание!
И бросился бежать.
Головы Гидры заревели, но чудище заглотнуло наживку и бросилось в погоню. Туман сгустился. Деметрий не видел дальше трех метров перед собой, но все бежал, желая увлечь зверя как можно дальше. Впереди он услышал громкий треск и, не зная, к чему именно стремится, свернул в заросли.
Треск становился все громче, а затем раздался львиный рев. Деметрий оглянулся как раз вовремя, увидев пламя в тумане, направленное в его сторону. Проклятье, ската, там еще какая-то тварь. Гидра завопила в ответ, но вместо того, чтобы последовать за Деметрием в лес, бросилась на новое чудище.
Щелканье зубов и вопли пронзили жуткий туман. Два чудовища сошлись с такой силой, словно взорвалась двухтонная бомба. Они катались по земле, сбивали деревья, пеньки и все на своем пути.
Деметрий убрался с дороги. Только когда вторая тварь поднялась на крупных лапах, он оценил ее размер и понял, что это Химера[8] – огромное создание с львиной головой, козлиным телом и хвостом дракона. Все семь голов одновременно угрожающе взревели. Химере было плевать: она приосанилась, открыла здоровенную пасть и выбросила мощную огненную струю, которой, казалось, нет конца.
Ладно, Деметрий не собирался задерживаться, чтобы узнать, кто выиграет эту проклятую, совершенно нереальную битву. Он бросился обратно к Изадоре.
Когда он рухнул возле нее на колени, сердце словно к горлу подпрыгнуло. Быстрый осмотр показал, что принцесса по-прежнему без сознания, но дышит. Услышав еще один громкий рев, Деметрий решил не мешкать, подхватил Изадору на руки и бросился наутек.
Глава 12
Изадора резко проснулась. Сев, первое время хлопала глазами, не понимая, какого демона происходит.
В углу, где она лежала, было темно, но вдоль всего помещения, формируя длинный коридор, растянулись мраморные колонны на расстоянии в три метра друг от друга с ярко горевшими факелами. В центре на возвышении находился каменный стол. Точно как в ее сне. Или кошмаре.
6
Керы – демонические существа, духи смерти, дети богини Никc (воплощение ночной темноты). Они приносят людям беды, страдания и смерть. Древние греки представляли кер крылатыми женскими существами, которые подлетали к умирающему человеку и похищали его душу. Керы находятся также среди битвы, хватают раненых, тащат трупы, обагряясь кровью.
7
Водяная гидра представляет из себя пяти- или шести- (редко семи-) главую змею с когтистыми передними лапами и плавником на хвосте. Окрас варьируется от голубоватого (у морских водяных гидр) до болотно-зелёного и бронзового (у болотных водяных гидр). Вырастают до пяти метров в длину.
8
Химера – древнегреческое чудовище олицетворявшее фантазию, несбыточную мечту, а так же использовалось для обозначения чего-либо невозможного и несочетаемого. Оно и понятно, так как это животное изображалось с головой и шеей льва, часть туловище было львиным, а часть козьим. Так же присутствовал хвост, состоящий из туловища и головы змеи, а посередине хребта химеры располагалась голова козы. Химера была порождением великана Тифона и полуженщины-полузмеи Ехидны. Из пасти этого чудовища вырывалось смертоносное пламя, которым оно уничтожало дома, посевы и самих жителей страны Ликии. Ни один человек не осмеливался близко подходить к логову химеры, расположенного в труднодоступных горах ликийской провинции и окружённого телами разлагающихся, обезглавленных животных.