…и продали Иосифа Измаильтянам
за двадцать сребренников
Рядом с ним — легионер, под грубым кварцем.
Он в сражениях империю прославил.
Сколько раз могли убить, а умер старцем.
Даже здесь не существует, Постум, Правил.
Здравствуй, дорогой наш брат Иосиф,
Ты не зря пророчил перемены, —
С той поры, как минула та осень,
Изменились краски во вселенной…
Пишешь, что живешь, ничем не мучась,
Что «не нужно лебезить и торопиться», —
Скольким здесь завидна твоя участь:
И не гонят, а горят желаньем смыться!
Что продажность жалкой потаскухи,
О которой ты забыть, увы, не волен, —
Тут страной торгуют — и все сухи,
И народ по-прежнему безмолвен.
Кто травил тебя, Иосиф, сам отравлен,
И безумство, вид приняв Ликурга,
Правит бал. (У случая нет правил,
Но невольно прозреваешь демиурга!).
Вся страна в разрухе, а столица
Иностранцами полна, и толпы нищих…
Разум — буриданова ослица,
А блаженного осла никто уже не ищет!
Брат Иосиф, где же божья милость?
Где библейский дух прощения и света?
Притча об Иосифе забылась…
Сам Господь остался без ответа.
«Свободы сеятель пустынный»
А. И. Солженицыну
И новый сеятель посмеет
На камень обратить свой труд, —
Стараясь семя в нём посеять,
И ждать, когда ростки взойдут!
……………………………………………………
Посев взошел — рабы воспряли,
И каплей правды мир спасен!
Но что ж ты, сеятель, смущен? —
Не залежались семена ли?
И твой напрасен труд всегда ли?
Не нужно ни чудес, ни неба,
Им зрелищ острых — не молитв!
С земной неправдой не до битв,
Когда останешься без хлеба.
……………………………………………………
И вторить хочется вослед:
«Паситесь, мирные народы»:
Ничто не изменит природы, —
Ах, что наделал Ты, Поэт!
И ропщет раб…
И ропщет раб:
У Бога
Власть убога, —
Я буду рад —
Хозяину — в морду.
Народу — свободу!
Свободу — тебе!
Свободу — жене!
Свободу — тле!
Свободу — вше!
Свободу — вору!
Свободу — мору!
И s’il vous plait[1],
Свободу — сопле!
Не плачь, сопля, что не выросла,
а плачь, что воли не вынесла!
Не ходил в казино и другие места…
NN
Не ходил в казино и другие места,
Там где жизнь и крута и лиха,
Но при том никогда не носил он креста,
Он решил, что и так
можно жить без греха —
Проживет он легко без Христа!
Он на дев не глядел — он жену обожал,
И на службу ходил, словно в храм,
Его ум был — кинжал!
Им он всех поражал,
И гордился он тем, что не Хам!
Он и сам без Христа — Авраам!
И во всем красота, и во всем чистота,
И он всюду любим и вхож!
Ведь его голова — это знаний тома,
А какие слова, — так хорош!
(А на Бога Христос не похож!)
Отошла суета, и пришел сатана
И сказал: «Наконец-то мой, брат!
Ты был верный мне раб!
Тебя ждет уж зла-тая страна!»
Без Христа она, друг, сторона!
Поэту-современнику
Кто пьет на брудершафт с богами,
Тот баловень самой судьбы,
И все дороги и пути
Его ведут к бессмертью сами.