Глава 7: РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ВЛАСТИ: КЛАССЫ, СОСЛОВИЯ, ПАРТИИ
Любой (не только государственный) правовой порядок самой своей организацией прямо влияет на распределение власти внутри соответствующей общности — как экономической власти, так и любой другой. Под властью мы понимаем здесь в самом общем смысле возможность для индивида или множества таковых реализовать свою волю в совокупном действии общности даже вопреки сопротивлению других его участников. «Экономически обусловленная» власть, конечно же, не тождественна власти как таковой. Возникновение экономической власти может быть, скорее, наоборот, следствием власти, возникшей на других основаниях. В то же время к власти стремятся не только по экономическим причинам (обогащение). Власть, в том числе экономическая, может быть ценима ради нее самой, и часто стремление к ней обусловлено также социальной честью, которой она наделяет. Но не каждая власть наделяет социальной честью. Типичный американский босс, как и типичный крупный спекулянт, намеренно от нее отказывается, и обычно только лишь экономическая власть, особенно голая власть денег, не является общепризнанным основанием социальной чести. Но, наоборот, социальная честь (престиж) может быть основой власти, также и экономической, и очень часто ею является. Правовой порядок может гарантировать как власть, так и честь. Но, по крайней мере, обычно он не является первичным источником последней, он и здесь, скорее, superadditum353, который повышает шансы обладания ею, но не может ее обеспечить. Способ распределения чести в общности между типичными группами ее членов мы будем называть социальным порядком. С правовым порядком он, естественно, соотносится, как и хозяйственный порядок. Но последнему он не тождествен, ибо для нас хозяйственный порядок — всего лишь способ распределения и использования экономических благ и услуг. Однако он им в высокой степени обусловлен и, в свою очередь, влияет на него.
Феноменами распределения власти внутри общности являются классы, сословия и партии.
В терминологии, которой мы здесь придерживаемся, классы не являются общностями, а представляют собой возможную (и часто реализующуюся) основу совокупного действия общности. Мы можем говорить о классе, когда 1) некоторое множество людей имеет общую специфическую каузальную составляющую их жизненных возможностей, причем 2) эта составляющая выступает исключительно в виде экономических интересов владения вещами и получения дохода 3) в условиях рынка товаров или рабочей силы («классовое положение»). Элементарнейший экономический факт состоит в том, что способ, каким распределяется возможность распоряжения вещественным имуществом среди множества индивидов, встречающихся на рынке и конкурирующих друг с другом в процессе обмена, сам по себе создает специфические жизненные возможности. По закону предельной полезности он исключает неимущих из участия в конкуренции за все товары, обладающие высокой ценностью, в пользу имущих и делает приобретение этих товаров монополией последних. Он монополизирует, при прочих равных условиях, шансы на получение прибыли при обмене в пользу тех, кто, имея большое количество товаров, не вынужден их обменивать, и усиливает в общем и целом их позиции в ценовой войне по сравнению с позициями тех, кто, не владея собственностью, не может предложить ничего, кроме своего труда в натуральной форме или в форме продуктов, произведенных собственным трудом, которые он должен сбыть по любой цене, чтобы продлить свое существование. Он монополизирует в пользу владеющих возможность перемещения собственности из сферы использования как «состояния» в сферу обращения как «капитала», закрепляя за ними функцию предпринимательства и шансы прямого или непрямого участия в прибыли, полученной от оборота капитала. Все это — в сфере действия чисто рыночных отношений. Поэтому «владение» и «не-владение» являются базовыми категориями всех классовых положений, реализуются они в конкурентной борьбе или в войне цен. Но внутри этих категорий классовые положения дифференцируются далее, с одной стороны, в зависимости от вида применяемой для получения дохода собственности, а с другой — в зависимости от предлагаемых на рынке услуг. Владение жилыми зданиями, мастерскими, складами или магазинами, земельными участками, пригодными для сельскохозяйственного использования, с разделением внутри этих категорий на большие и малые — это количественное различие с возможными качественными последствиями; далее, владение горнорудными предприятиями, скотом, людьми (рабами), распоряжение мобильными орудиями производства или получения дохода любого рода, особенно деньгами или другими легко обмениваемыми на деньги предметами, продуктами собственного или чужого труда в любой степени готовности к потреблению, перемещаемой монополией иного рода — все эти различия владения дифференцируют классовые положения внутри класса владения, так же как дифференцирует «смысл», какой они (владельцы) могут придавать или придают использованию своего достояния, прежде всего денежного, ибо от этого зависит их отнесение, например, к классу рантье или к классу предпринимателей. Точно также те, кто не владеет собственностью, но предлагает услуги, глубоко дифференцируются в зависимости как от вида этих услуг, так и от того, предоставляются они на постоянной основе одному приобретателю или реализуются от случая к случаю. Но общее для всех классов состоит в том, что именно возможности, предоставляемые рынком, есть фактор, определяющий судьбы индивидов. «Классовое положение» в этом смысле — это в конечном счете «рыночное положение». Воздействие чистого владения как такового, благодаря которому у скотоводов не-владеющий обречен в качестве раба или крепостного оказаться под властью владельца скота, есть лишь предварительная ступень действительного классообразования. Тем не менее в случае займа скота при суровости долгового права, характерной для таких общностей, здесь впервые чистое владение как таковое всплывает как решающий фактор, определяющий судьбу индивида, в противоположность основанным на труде земледельческим общностям. Основанием классового положения отношение кредитор — должник стало только в городах, где сформировался — еще примитивный — рынок кредитов с повышающейся в трудной ситуации процентной ставкой и фактической монополизацией кредитования плутократами. С этого началась «классовая борьба». А то множество людей, чья судьба не определялась возможностями обращения товаров или труда на рынке, как, например, рабы, не является «классом» в техническом смысле слова (они представляют собой «сословие»).