«Немецкая промышленность, считающая себя важным и неотъемлемым элементом национального развития, готова помогать решению этой задачи, и Имперское объединение германской индустрии как ее экономическо-политическое представительство, сделает все, чтобы помочь имперскому правительству в его трудном деле»[29].
Анализируя роль хозяев Веймарской республики в приходе Гитлера к власти, известный философ Карл Ясперс писал: «Поток не прорвал бы плотины, если бы люди, сидевшие на решающих постах, не открыли ему шлюзы»[30]. Среди тех, кто открывал шлюзы, фигурировали имена тузов немецкого промышленного и финансового мира, которые не только в одиночку, но и в организованной форме целеустремленно вели Гитлера к власти.
Так, одним из первых организационно оформленных органов немецкой промышленности, осуществлявших прямую помощь нацистской партии, был так называемый «кружок Кеплера». Его официальное название гласило: «Кружок по изучению экономических вопросов», но его участники вряд ли нуждались в подобном занятии они не изучали экономику Германии, они хозяйничали в ней. Так, среди членов «кружка» были:
барон Курт фон Шредер — владелец банка И. Г. Штейна,
Август Дин — глава Калийного синдиката,
Август фон Финк — крупнейший частный банкир,
Карл Люр — член правления «Дрезднер банк», Фриц Тиссен — глава Стального треста,
Альберт Феглер — один из директоров Стального треста.
Сам же Кеплер был един в двух лицах: инженер по профессии, он был экономическим советником Гитлера и служил в обоих этих качествах связным между монополиями и нацистской партией. Такими же «кружками» запаслись и другие органы нацистского аппарата. Так, вокруг Гиммлера образовался свой «кружок друзей», состоявший из виднейших деятелей финансового и промышленного мира Германии. Вот, к примеру, список присутствовавших на одном из собраний у Гиммлера. Среди званых гостей были:
Карл Блессинг — директор «Дойче банк»,
Генрих Бютефиш — директор «ИГ Фарбениндустри»,
Фридрих Флик — генеральный директор концерна Флика,
Карл Риттер фон Хальт — директор «Дойче банк»,
Карл Линдеман — генеральный директор ГАПАГ,
Карл Раше — директор «Дрезднер банк»,
Август Ростерг — генеральный директор калийного концерна «Винтерсхаль»,
Отто Штейнбринк — директор концерна Флика, барон Курт фон Шредер — уже знакомый нам владелец банка Штейна[31].
Всего присутствовало 38 гостей, из них — 21 банкир и промышленник, 6 высших чиновников и 10 чинов СС. О том, какой характер носили отношения между «кружком друзей» и Гиммлером, выразительно говорит письмо барона Шредера, который верноподданнически сообщал Гиммлеру после одной из встреч, что «и в этом году» он собрал для него 1 миллион марок[32].
Итак, социальный характер тех сил, которые покровительствовали нацистской партии и ее фюреру, был достаточно определенным. Без финансовой и моральной поддержки со стороны крупной промышленности Гитлер никогда не смог бы прийти к власти, — и это крайне важное обстоятельство выяснения генезиса операции «Барбаросса».
Впрочем, сам Гитлер прекрасно понимал, кто каким влиянием обладает в Германии. В 1931 году он в одной из бесед с представителем так называемой немецкой национальной партии сказал: «Когда Крупп, Шредер и другие представители крупной промышленности поймут, что мы являемся фактором порядка, то они будут счастливы быть принятыми в партию. Они поддерживают наше движение в финансовом отношении...»[33]. И далее он добавил, что «...капитаны Рура не наведут порядка в Германии без нашего участия». Иными словами, он самым откровенным образом признавался в том, для кого создается «нацистский порядок»[34].
Как принято говорить, фюрер как бы читал мысли у господ Круппов. Альфрид Крупп фон Болен откровенно признавался на допросе в Нюрнберге: «Экономика нуждалась в спокойном и поступательном развитии. В условиях борьбы между различными немецкими партиями и беспорядка у нас не было возможности заниматься нашим развитием... Мы, крупповцы, никогда не занимались много политикой. Нам нужна была система, которая бы хорошо функционировала и не мешала нам работать»[35].