Однако Ирак был лишь одним и к тому же скорее всего вспомогательным направлением будущей глобальной агрессии. Объектом «дальнего прицела» была Индия. Для достижения этой цели кроме войск должна была действовать «пятая колонна» — «факир из Ипи» и другие. (Так, немцы возлагали большие надежды на деятеля индийского националистического движения Субхаса Чандра Боса.) Предполагалось, что националистические силы Индии поднимут восстание в тот момент, когда немецкие войска приблизятся к индийской границе. Задача выхода к границе Индии возлагалась на так называемое «соединение Ф» — моторизованный корпус под командованием генерала Фельми, который формировался в Греции и специально оснащался для действий в субтропических и тропических условиях.
Ни план захвата Афганистана, ни план вступления в Индию не были реализованы. Рассуждая на эту тему, известный немецкий историк Андреас Хильгрубер писал, что «все, относящееся к Афганистану, и вообще все планы, связанные с «Директивой № 32», были предусмотрены для времени «после Барбароссы». Однако кардинальная предпосылка для осуществления подобных замыслов, а именно: быстрый развал Советского Союза, так и не стала реальностью»[320].
Нет, не стала! Не смог Гитлер осуществить и «Директиву № 32», не смог он выполнить и другие планы, вроде операций «Танненбаум» (захват Швейцарии), «Зильберфукс» (захват Швеции), «Феликс» — «Изабелла» (захват Испании и Португалии)[321], не смог и двинуться на завоевание американского континента. По простой причине: советский народ своим легендарным подвигом сорвал план «Барбаросса» и тем самым спас весь мир от фашистского порабощения.
СТРАТЕГИЯ ПРОСЧЕТОВ. Глава 8.
За закрытой дверью
Генералполковник в отставке Франц Гальдер может смело конкурировать с героем классической повести Шамиссо «Петер Шлемиль». Как известно, тень Петера Шлемиля начала самостоятельное существование, что имело роковые для Шлемиля последствия. Франц Гальдер попал в подобную ситуацию, но отделался меньшим ущербом. Он спокойно проживает ныне по улице Ахорнвег 89, что в баварском местечке Ашау (близ озера Химзее). А тень он действительно потерял, но совершенно своеобразным путем.
В дни войны — с 14 августа 1939 года по 24 сентября 1942 года — он вел дневник, причем не для грядущих потомков (как это нередко делают люди, ведущие дневники), а для своего собственного, служебного употребления. Занимая пост начальника генерального штаба сухопутных войск вооруженных сил германского рейха, Франц Гальдер нуждался в точной фиксации всех многочисленных указаний, которые он получал как от Гитлера, так и от главнокомандующего сухопутными войсками фельдмаршала фон Браухича. Имел он и другое обыкновение: записывать наиболее важные мысли, которые ему приходилось слышать в течение дня — благо, он знал стенографию и мог быстро фиксировать на бумаге все, что казалось ему примечательным.
Было бы слишком долго описывать сложную историю того, как этот дневник стал достоянием общественности. Так или иначе он сохранился и представляет собой ценнейший документ для изучения не только стратегии германского генерального штаба, но и его психологии. А последняя представляет интерес, далеко выходящий за частные пределы. Ведь все, что происходило в «мозгу» вермахта, было симптоматично не только для германского империализма, поскольку гитлеровская агрессия была явлением не национальным, а международным, представляя собой лишь одно из проявлений сущности международного империализма.
Итак, дневник Гальдера. Если открыть его страницы, посвященные первым дням операции «Барбаросса» — нападения на Советский Союз, то там можно найти удивительные строки, например, записи, из которых явствует, что в июне 1941 года начальник германского генерального штаба считал войну выигранной. И это не было пропагандистской фразой, не было бахвальством а-ля Геббельс. Нет, Гальдер вполне серьезно верил.
321