Ему нравилось слушать, как она дышит во сне и он дышал запахами женского тела. Тело ее было белым, как песчаные пляжи на Днепре, а ноги длинны и прохладны, как реки. Павел вдруг почувствовал касание ее груди, и желание горячей волной накатило на него. Он никогда раньше не испытывал такого неодолимо острого желания обладать женщиной, после которого можно сказать: «моя женщина». Ему стало стыдно, когда он вспомнил, как мял в руках ее хрупкое тело. От этих воспоминаний его охватило желание, и ему захотелось овладеть ею снова. «То, что легко дается, недорого стоит», ‒ пришла ему в голову подлая мысль. Он прогнал ее прочь, не возражая, та ушла, но увела с собою и эрекцию.
Он понимал, что для осмысления того, что произошло, потребуется время. Начало связи между мужчиной и женщиной самое легкое в отношениях меж этими совершенно противоположными духовными и физическими мирами. И если они начинают познавать друг друга сразу через постель, они обделяют себя духовно. Не сразу, а постепенно, можно постичь истинную радость сближения с любимой женщиной. Но, быть может, так не всегда и, не у всех? Павел уже ни в чем не был уверен. Одно он знал твердо, никогда и никому он не даст в обиду эту незнакомую девчонку, спящую на его плече.
Был ли он счастлив в этот день? Он не знал. Все произошло так быстро и неожиданно. А счастье ‒ это то, чего ждут бесконечно долго, постоянно думая о нем в тихие часы одиночества, устремляясь за ним мечтами в будущее, и когда это долгожданное обретают, мгновенья счастья так мимолетны. Желания и их исполнение. После утоления желаний, как от вина, бывает похмелье. Он боялся похмелья.
Глава 15
Любовь накрыла его с головой.
В их отношениях присутствовала какая-то исполненная наивной чистоты первобытность, как у первых на земле мужчины и женщины. Ночи напролет они неистово предавались любви, словно хотели наверстать упущенное, а потом могли не вставать с постели весь день, совершенно не уставая друг от друга. Опьяненный юношеским восторгом, Павел не мог ею надышаться, словно чистым воздухом.
Занимаясь любовью, он всегда оставлял свое удовольствие на потом, прежде всего заботясь о ней. Она же, изголодавшаяся по простой человеческой ласке, отдавала ему всю себя без остатка, ничего не требуя взамен. До непрошеных слез ее трогала его чуткость и внимание. Счастье переполняло ее, и она буквально светилась счастьем, и от этого избытка счастья Павлу порой думалось, что долго так продолжаться не может, никому не дано так долго и так безмерно быть счастливым. Судьба непременно предъявит ему счет за каждую минуту счастья. Нет, не для того он ее нашел, чтобы испытать боль расставания.
А сколько нового она добавила к его ощущениям. Оля в постели не признавала запретов и любила экспериментировать. Когда по ее желанию, он ложился на спину, а она забиралась на него сверху, он любовался ее лицом, глядел и не мог наглядеться на ее зажмуренные от удовольствия глаза, чувствуя в руках ее налитые груди. Она с восторгом изображала наездницу, а он испытывал величайшее наслаждение и благодарность ей, как необыкновенному чуду, нежданному подарку судьбы.
Должно было случиться так много всего, чтобы мы встретились. А ведь он мог бы ее никогда не увидеть и не узнать, если бы не случайное стечение обстоятельств. Налицо совпадение ряда событий. Быть может, известный швейцарский психолог Карл Густав Юнг, основатель аналитической психологии и назвал это явление «синхронностью»? Под этим термином он подразумевал одновременность событий, связанных меж собой единой, глубинной мотивацией. Вполне возможно, вся жизнь состоит из совпадений.
Павел и не догадывался раньше, каким необычайным источником наслаждения может быть женщина. Она была отважна в любви, ее нежные губы и острый язык не признавали никаких границ, они творили такое… ‒ чего он не мог вообразить даже в самых смелых своих фантазиях. Павел знал немало женщин, обладавших несравнимо бо́льшим опытом доставления сексуальных удовольствий. Но, то были всего лишь приобретенные опытом механические навыки. В их же постели горела истинная страсть. Его подруга дарила ему, ни с чем не сравнимое наслаждение, ее разбуженная чувственность пламенем рвалась на волю.
После ночи любви Павел смотрел на спящую Олю, на очертания ее тела. Она так крепко спала, что не шевелилась во сне. Сон много может рассказать о человеке, ведь человек полностью раскрывается только во сне. Приподнявшись на локте, он с нежностью рассматривал ее лицо, сохранившее детскую чистоту и невинность. К ее щеке подкрадывается первый луч восходящего солнца, играя в ее золотистых волосах. Он видел в ней то, что не видно было другим. В ней был внутренний свет, и она казалась ему солнечной, он называл ее Эвридикой[24].
24
Эвридика ‒ в греческой мифологии одна из дриад, жена Орфея. На санскрите ее имя означает: «Свет зари». С греческого ее имя переводится как «Вдохновительница».