Некоторое время император Хаук молчал, переводя взгляд с ответчика на его противников, щурил глаз, словно оценивал.
— Значит, драка, — промолвил он. — Один против шестерых… хм… И чего вы хотите?
— Справедливости! — воскликнул Гротх аш-Хад, отец обоих братьев. — Нет такого закона, чтобы своих калечить! Орки никогда не убивают и не калечат орков!
— Ты прав, — кивнул Хаук. — Такого закона в горах нет…
Он помолчал, вспоминая единственный в своей жизни случай, когда орки сцепились с орками — далекий Ирматул, когда княжеская сотня орков под началом Уртха аш-Гигаака сражалась на стороне людей против войска, отправленного Верховным Паладайном за его, Хаука, головой. Но большинство тех, кто составлял Ирматульскую сотню, были изгоями, порвавшими с законами предков. И некоторым из них не было дороги в Орочьи Горы под страхом наказания.
— Но нет и такого закона, чтобы вшестером нападать на одного, — как ни в чем не бывало продолжал Хаук.
Ответом ему было неразборчивое ворчание.
— Что-что? Не слышу! Уж не хотите ли вы сказать, что он разделался с вами поодиночке? Как же так? Ои что, одного бил, а остальные стояли и смотрели?
В толпе зрителей послышались смешки. Тут собралось довольно много обитателей Цитадели — кроме всех заинтересованных орков кланов Эль-Бран и Хад практически в полном составе сюда явился кое-кто из придворных императора, а также десятка полтора праздношатающихся, которым просто стало любопытно, что происходит. Большинство были орками. Эльфов оказалось всего двое — внешне почти неотличимый от орка (по одежде, прическе и татуировкам ну чистый орк!) лорд Тиндар Жемчужный и бледный до зелени Льор.
Братья Хад потупились. Младший крепче прижал к груди сломанную в двух местах руку, старший обвис на руках поддерживающих его приятелей.
— Один против шестерых! — повторил император. — Все шестеро получили травмы, а на тебе ни царапины! Не верю! Ты ведь из клана Эль-Бран?
— Да, — встрепенулся старейшина аш-Эль-Бран. — Он — последний сын моего брата, наследник всего его состояния и… глава рода.[8]
— Мой император, я требую для преступника сурового наказания, — подал голос Гротх аш-Хад. — Он искалечил моих сыновей!
— Вот это мы сейчас и проверим!
Внезапно Хаук спрыгнул с трона, на котором сидел, по-орочьи скрестив ноги. Брехт машинально отметил, что эта посадка точь-в-точь повторяла любимую позу кочевников черных орков. Сделав шаг, император оказался вплотную к арестанту.
— Развязать!
— Что? — Оба старейшины вытаращили глаза.
— Что слышали! Вот не верю я, чтобы один мог так отделать шестерых!
Брехт пожал плечами.
— Что встали? Развязать, я сказал!
Поскольку орки не двигались с места, вперед шагнул эльф. Тиндар одним движением разрезал ременную петлю на запястьях Брехта.
— Ну? — Хаук быстро скинул накидку и верхнюю рубашку. — Что стоишь? Нападай!
Молодой орк шевельнул бровями, невольно оценивая противника.
Они были примерно одинаковыми по росту и сложению, хотя император оказался немного шире в плечах и массивнее, да и по возрасту старше на десять лет. Но скорее всего, будущего императора тренировали по полной программе, а Брехту, как самому младшему, всегда доставалось меньше внимания и родителей, и наставников.
Соперники встали друг напротив друга.
— Оружие дать? — встрепенулся самый молодой в свите императора.
— Не надо, Эйтх, — качнул головой Хаук. — Сойдут и кулаки.
Эйтх, значит… Брехт невольно бросил на него взгляд. Тот, в отличие от подавляющего большинства, щеголял голым торсом, демонстрируя свежие, еще не до конца зажившие ритуальные шрамы. Как всякий орк, Брехт знал толк в этой «грамоте»: шрамы и татуировка означали, что Эйтх только что достиг совершеннолетия и является единственным и последним представителем своего рода — рода, который тем не менее успел прославиться подвигом, совершенным ради Золотой Ветви, что равняло его с самыми древними и знатными родами. Вообще-то татуировки «подвиг во имя Золотой Ветви» носили кроме Эйтха только совершеннолетние представители клана Эль-Бран.
Задумавшись, что же такое совершил этот вчерашний недоросток или кто-то из его предков, Брехт чуть не пропустил удар. Кулак просвистел возле самого его носа, и он еле успел отбить его.
— Не спать! — буркнул император.
8
Род и клан — не одно и то же. «Клан» здесь синоним фамилии и может состоять из нескольких родов.