Тут к двери приближается еще один персонаж. Дама выскальзывает ему навстречу с возгласом:
– Валериан!
– Кто такой Валериан? – слабо интересуется больной.
В очередной раз мужское имя заставляет его страдать.
– Дон Валериан, – поправляет его доктор тоном, который свидетельствует об уважении к особе, о которой идет речь. – Скоро увидите, сеньор. Настала пора знакомиться. Хотя тут я ошибаюсь – совсем забыл, вам это не нужно.
– Не нужно? Почему?
– Потому что вы уже знакомы. Вот, взгляните!
В комнату входит высокий, элегантный человек немного моложе тридцати, а на пороге появляется другая фигура – настолько крупная, что заполняет дверной проем почти целиком. Второй – это Уолт Уайлдер, но кто первый? Дон Валериан, разумеется!
– Полковник Миранда! – восклицает Хэмерсли, приподнимаясь на кушетке.
Он уже расстался с подозрениями по части дона Просперо, а теперь не страшится и Валериана. – Полковник Миранда, это вы!
– Я, mio amigo[55], как видите. И мне нет нужды говорить, как рад я новой нашей встрече. Встрече столь неожиданной в этих глухих местах, что я уже отчаялся обнять снова старого друга. Наш добрый доктор уверяет нас, что скоро вы окрепнете и сможете в более полной мере воспользоваться моим гостеприимством, нежели до сей поры. Не сомневаюсь, после такой болезни у вас аппетит как у страуса. Ну, в каком-то роде это к лучшему, потому как живем мы, как видите, в гомеровской простоте. Каррамба! Вы сочтете мои манеры столь же грубыми, как у самых неотесанных гомеровских героев. Я совсем забыл представить вам кое-кого, о ком вам говорил прежде. Впрочем, это не так уж важно, потому как вы уже встречались. Позвольте познакомить вас с моей дорогой Аделой.
При этих словах вперед выступает прекрасная охотница, выглядящая красивее, чем когда-либо прежде. Для Хэмерсли все становится ясно – вспомнив про портрет на стене, он понимает, почему лицо девушки казалось ему таким знакомым.
Фрэнк смотрит на нее, и удивление уступает в нем место необоримому, пылкому восхищению. Вскоре молодая дама уходит, и любопытство возвращается. Кентуккиец требует объяснений. Как попал сюда полковник Миранда и почему? Какое злополучное стечение обстоятельств заставило военного коменданта Альбукерке устроить дом посреди такой бесприютной пустыни, как Льяно-Эстакадо?
Пусть непосредственно вокруг и раскинулся чудесный оазис, по доброй воле сюда никто не переберется. Нет, только случай, причем несчастный, мог вызвать такую перемену в жизни его знакомого из Нью-Мексико. Даже более чем знакомого – друга, который вступился за него в минуту опасности: сначала отважно защитил, затем благородно согласился быть секундантом на дуэли, а потом еще пригласил в свой дом и выказал гостеприимство, которого никогда не встречал ни один иноземец в чужой стране.
Неудивительно, что Фрэнк Хэмерсли относится к нему, как к родному. А теперь, увидев воочию сестру полковника, потрет которой так поразил его в свое время, и впечатление это только усиливается при мысли, что ей он обязан жизнью, молодой человек проникается к нему еще более теплыми чувствами.
Разумеется, кентуккийцу не терпится все узнать о делах своего мексиканского друга, к которому фортуна явно повернулась спиной.
– Нет, не сейчас, сеньор Франсиско, – отклоняет его просьбу полковник Миранда. – Наш добрый доктор наложил покуда запрет на дальнейшие разговоры. Повесть, которую мне предстоит поведать, слишком взволнует вас. Подождите немного, пока не окрепнете и не будете готовы выслушать ее. Теперь же, амиго, мы должны оставить вас одного, а точнее сказать – в приятнейшей компании, поскольку ваш достойный товарищ, сеньор Уайлдер, уже здесь. Без сомнения, вам доставит удовольствие перемолвиться словечком с тем, кто, когда жизнь ваша была в опасности, был готов пожертвовать своей ради вашего спасения. Дон Просперо разрешил ему остаться с вами и дать необходимые разъяснения. Остальным придется удалиться. Hasta luego[56].
С этими словами Миранда покидает комнату.
– Храните полный покой, – добавляет бывший армейский доктор, готовясь последовать за доном Валерианом. – Ни в коем случае не волнуйтесь, это может вызвать повторение горячки. Это главная опасность. Чувствуйте себя в безопасности, кабальеро, вы среди друзей – дон Гуальтерио подтвердит это. Ах, сеньор, при вас имеется сиделка, крайне заинтересованная в восстановлении вашего здоровья.