В итоге первый залп по "Чиоде" (и четвертый в бою при Чемульпо) "Корейцу" удалось сделать в полигонных условиях. Было зафиксировано одно попадание. Результат - здоровенная рваная дыра в борту с нижней кромкой на метр выше ватерлинии, при любом движении "Чиоды" грозившая затоплением угольной ямы. Не смертельно, но полного хода лучше уже не давать. Орудие, расположенное над местом попадания, выведено из строя. Второй снаряд лег недолетом...
Если цель находилась на дистанции десять-пятнадцать кабельтовых, русские комендоры довоенной выучки мазали редко. И, как правило, показывали процент попаданий выше, чем их японские коллеги. Проблема была только в том, что японцы до войны учились стрелять и на большие дистанции. Поэтому когда время предъявило новые требования и дистанции реальных морских боев выросли до тридцати-сорока пяти кабельтовых, лучшие результаты всю войну стабильно показывались именно японцами. Но бой при Чемульпо в новой редакции, проходил для "Корейца" на ЕГО дистанциях и под его диктовку. Старые, недостаточно дальнобойные и недостаточно скорострельные для современного боя пушки? Да! Зато калибр почти в два, а вес снаряда в четыре раза больше, чем у "Чиоды"!
Кстати, о "Чиоде": ответный залп, одно попадание, снесена и без того обрезанная фок-мачта "Корейца", осколками на мостике убиты рулевой и марсовый, тяжело ранен сигнальщик и пара человек из расчета правой 107-миллиметровки, легко ранены практически все находящиеся на мостике, включая командира. Руль не поврежден, машинный телеграф тоже.
С учетом предыдущих попаданий с "Асамы", "Кореец" потерял убитыми и ранеными уже более двух десятков человек. Пусть половина легкораненых, не исключая вернувшегося с перевязки старшего офицера, была способна выполнять свои обязанности, но еще пару залпов японского крейсера, и надо будет думать о том, как топить канлодку - красиво, с тараном "Асамы" или тихонько, но стратегически более печально для неприятеля - поперек фарватера, рядом с "Сунгари".
Впрочем, пока стреляют восьмидюймовки - вперед!
Это означает сначала полный назад, перезарядиться, с оглядкой на кренящуюся и медленно оседающую, но все еще опасную "Асаму", а потом уже вперед. Еще один заход, снова дуэльная ситуация! На этот раз, высунувшись, обнаруживаем, что "Чиода" уже на ходу, её артиллеристы настороже и успевают выстрелить первыми, два попадания. Ответный, пятый залп "Корейца" - ноль, взрывами японских снарядов сбило прицел, обидно. Так, опять полный назад, перезарядиться, выслушать доклад о повреждениях, хреновый, кстати, доклад - пробоина в носу, затопления форпика и снесенная со всем расчетом левая носовая 107-миллиметровка.
В следующий заход надо не пытаться упредить залп "Чиоды", это, похоже, бесполезно и нереально. Придется его пережить, перетерпеть, а потом, нормально прицелившись, попытаться все же достать эту заразу! Восьмидюймовки канонерки без проблем пробьют слабенький пояс [19]"Чиоды"! На такой дистанции даже поясная броня "Асамы" не гарантирует стопроцентной защиты от их старых, но весьма мощных снарядов. Так что главное теперь - попасть. Попасть любой ценой. Еще один-два восьмидюймовых удара в корпус, и при удаче ей будет уже не до преследования прорывающегося "Варяга".
А ведь "Чиода" с "Корейцем" почти ровесники, да еще и из примерно одной весовой категории. Встретились два престарелых бульдога, к тому же представляющие два различных направления в кораблестроении, и на старости лет вцепились друг другу в глотки.
Интересная парочка пыталась сейчас утопить друг друга на рейде Чемульпо! Они были заочно просто созданы друг для друга. "Чиода" была в полтора раза крупнее, но имела меньший вес залпа (вес минутного был уже больше у "Чиоды", не зря ее 120-мм назывались скорострельными) при более сильной защите. По первоначальному проекту этот крейсер и по вооружению чем-то напоминал "Корейца" - тоже две крупнокалиберные пушки [20]и немного мелочи. Но достроили его как один из первых в мире кораблей, вооруженный только скорострельными пушками, всего десять орудий калибра 120-мм, из них в бортовом залпе шесть. Их дополняли четырнадцать 47-мм противоминных мелкашек. Подобная схема прекрасно проявила себя в боях против китайского флота. Бронирование, однако, от первоначального проекта осталось, и сейчас оно являлось главным преимуществом "Чиоды".
"Кореец" тоже достраивался в момент, когда единичные редкостреляющие (произносить с эстонским акцентом) крупнокалиберные пушки стали вытесняться своими мелкими скорострельными товарками.
Но тут склонность русских конструкторов к консерватизму, как ни странно, сработала в нужную сторону. "Кореец" получил не кучу новомодных скорострелок, а два новых восьмидюймовых орудия вместо одного старого в 9 дюймов. Оба способны вести огонь по носу. Их дополняла ретирадная (т. е. находящаяся на корме и стреляющая при отходе, "ретираде") шестидюймовка, четыре старенькие 107-миллиметровые пушки по бортам и противоминная мелочь в виде двух 47-миллиметровок и четырех 37-мм пушечек. Бортовой залп так себе, даже по сравнению с "Чиодой", но зато под носовой лучше не попадать. Чем сейчас "Чиода" активно и пытается заниматься. К тому же Россия в отличие от Японии того времени могла позволить себе строить узкоспециализированные корабли, поэтому не стала пытаться сделать из хорошей канонерской лодки плохой крейсер...
К недостаткам "Корейца" относилось практически полное отсутствие бронирования, 10-мм бронепалуба - это для корабля не серьезно, и наличие парусного вооружения. И теперь эта парочка пыталась очно решить, чья же концепция жизнеспособнее, причем в буквальном смысле этого слова. На большой дистанции или просто при перестрелке в открытом море, наверное, стоило бы ставить на "Чиоду", но вот при столкновении в упор и наличии искусственных шхер в виде "Асамы", преимущество переходило к "Корейцу"...
Снявшись, наконец, с якоря, командир "Чиоды" Мураками решил, что при выведенной из строя "Асаме" находиться ближе всего к надвигающемуся "Варягу" и играющему с ним в кошки-мышки "Корейцу" не слишком разумно. Действительно, его крейсер самый мелкий из всех, с самой слабой артиллерией, к тому же две пушки правого борта уже выведены из строя первым залпом "Корейца". В сложившейся ситуации самое логичное - попытаться оттянуть противника под огонь остальной эскадры. И "Чиода", медленно ускоряясь, потянулась в сторону выхода из гавани. Однако этот маневр выводил ее из "тени" "Асамы", в которой она пряталась до сего момента от "Варяга".
Но, как ни странно, русский крейсер до сих пор игнорировал обстрелом все корабли противника, кроме обреченной "Асамы". А то, что японский флагман погибал, было уже видно невооруженным глазом. Крен продолжал нарастать, носовая башня и казематы бортовых шестидюймовок небоеспособны. Стволы орудий в них уже смотрят в воду даже на предельном угле возвышения...
Но на "Чиоде" не могли знать, что прекрасно помня о результатах боя в своей реальности, а "там" "Варягом" с больших дистанций было выпущено более полутысячи снарядов калибра три и шесть дюймов при отсутствии достоверно зафиксированных попаданий, Петрович в шкуре Руднева прилагал неимоверные усилия для того, чтобы снизить темп стрельбы. Это было просто необходимо, чтобы не поломать излишне нежные "канэшки" собственной стрельбой раньше времени, не утомить команды подносчиков и, главное, не допустить перегрева стволов, который приведет к снижению точности орудий в момент, когда она будет максимально необходима. При прорыве мимо "Нийтаки" с "Нанивой".
Ага, щассс! Гладко было на бумаге! Артиллеристы "Варяга", избыточно воодушевленные подрывом "Асамы" и дорвавшиеся до возможности пострелять вволю по практически не отвечающей мишени, были близки к технической скорострельности, которая всегда считалась недостижимой в боевых условиях!
Все грозные крики Руднева с мостика и спорадические попытки старшего офицера снизить темп огня, игнорировались не только вошедшими в раж расчетами, но и мичманами - командирами плутонгов!
19
Толстые, 114 мм, плиты из устаревшей, не цементированной стали, это примерно эквивалентно 50 мм нормальной брони Круппа.
20
На современниках "Чиоды", японских "Мацусимах", стояли по одному аж 320-мм орудию, крупнее, чем на новых броненосцах, но стреляли они, судя по поговорке японских кадетов: "раз выстрелил, день прошел", немного редковато. Правда, на самой "Чиоде" планировали 260-мм пушки Круппа, но скорострельность от этого принципиально не улучшалась.