— Nein, nein, ist nicht schwer. Fleischwunde…[10]
Брюстер торопливо спрятался в своем окопе. Весь страх, испытанный им до этого, не шел ни в какое сравнение с безграничным ужасом, сковавшим его теперь. Окружен. Он один и окружен противником. В темноте.
— Wo ist Schroeder?[11] — спросил раненый солдат.
Стрельба где-то южнее усилилась, и Брюстер не расслышал ответ. Некоторое время немецкие солдаты разговаривали приглушенными голосами, но вскоре Брюстер снова начал разбирать слова:
— Dieser Stacheldraht — er ist bösartig…
— Kannst du weiter ziehen?
— Ja, sicher — bin erschöpft, weiter nichts… Halts fern von der Walde, he? Rechts, immer rechts, durch die Wiesen… Du sollst drängen.
— Richtig. Hals und Bein bruch.
— Hals und Bein bruch…[12]
Голоса немцев снова ослабли, их заглушили раскаты отдаленной артиллерийской канонады. Брюстер напряг весь свой слух, пытаясь разобрать их последние слова. Его страх был настолько велик, что он побоялся бы даже крикнуть им, если вздумал бы сдаться. Откуда-то справа до слуха Брюстера донеслось приглушенное ржание лошадей, звяканье сбруй и едва уловимый скрип колес. Нужно уходить. Надо выбраться отсюда как можно скорее. Но куда идти?
Время шло. Брюстеру казалось, что теперь стало темнее, чем раньше. «Подожду до утра, а потом сдамся, — сказал он себе решительно, стараясь быть как можно спокойнее. — Мне больше не на что надеяться. Я остался в живых только потому, что эта граната не взорвалась. Никто не имеет права требовать от меня большего. Подожду рассвета и сдамся. Это единственный выход».
В этот момент он услышал рядом с собой шорох и замер от страха. Совсем близко полз человек. Вот он остановился. Где-то слева позади. Брюстер поднял лежавшую на дне окопа винтовку, но вспомнил, что она не заряжена, и, поразмыслив несколько секунд, снова положил ее. «Не стреляйте», — хотел сказать он, но в тот же момент понял, что не сможет произнести ни слова. Он медленно поднял руки над головой.
Человек снова пополз, и Брюстер неожиданно услышал его приглушенный голос:
— Вторая рота? Первый взвод?
Совершенно спокойный тон. Но кто это? Старки? Тэрнер? Неожиданно до сознания Брюстера дошло, что это голос сержанта Дэмона. От облегчения он даже вздрогнул.
— Нет, — пробормотал он, опуская руки, — Брюстер.
— Ты не ранен.
— Кажется, нет. — Нервная дрожь не проходила, несмотря на то что он крепко сжал кулаки. «Где же все остальные?» — тревожно подумал Брюстер. Он понял, что Дэмон где-то близко от него справа, и громко прошептал: — Сержант, подожди…
— Заткнись! — оборвал его Дэмон.
Брюстер услышал, что Дэмон с усилием поворачивает кого-то, лежащего на земле.
— Кто там? — спросил он.
Дэмон ответил лишь после небольшой паузы:
— Это Старки.
— Старки?
— Да. Он мертвый.
Мертвый Старки. Старки, который в Друамоне спал на койке рядом с ним, который имел привычку широко открывать рот в беззвучном смехе. Старки, который собирал почтовые открытки с изображением всех мостов в мире, был мертв. Он лежал мертвый в своем окопе все это время…
— Почему ты не вылезаешь? — спросил, подползая к нему Дэмон.
— Что? — произнес Брюстер испуганно.
— Если ты не ранен, то почему же не отошел назад?
— Я… я не мог… — Брюстер услышал слабый стук Металле о металл. — Что ты делаешь? — спросил он.
— Взял обоймы у Старки. Я свои почти все израсходовал… «Обоймы. Боже, как он может думать сейчас об обоймах?» — удивленно подумал Брюстер.
— Давай вылезай. Нам нужно уходить отсюда, — продолжал Дэмон.
Брюстер задрожал еще сильнее и ничего не сказал. Дэмон подполз к нему так близко, что Брюстер ощутил своими веками его учащенное дыхание.
— Вылезай. Нам нужно прорваться.
— Подожди, — прошептал Брюстер. Мысль оставить окоп представлялась ему невероятной. — Куда прорваться?
— Куда же, по-твоему, как не назад, к своим.
— О-о, — вырвалось у Брюстера, — но ведь там же немцы!
— Я знаю. Слышал их голоса.
— Они говорили что-то о том, чтобы держаться в стороне от леса.
— Говорили об атом?
— Да. Я слышал, как один из них говорил другому, что надо держаться правее и пройти через луг.
— Хорошо, — произнес Дэмон после небольшой паузы. — Это очень хорошо, Брюстер. Отлично. Давай вылезай.
— Подожди…
— Винтовка у тебя в порядке?
— Ага, — пробормотал Брюстер, — но она не заряжена.
— Ну так заряжай, чего же ты ждешь?
12
— Здесь колючая проволока, осторожнее…
— Можешь еще продержаться?
— Да, конечно, но очень устал… Держись подальше от леса, слышишь? Держись правее, только правее, через луг… Ты должен пробиться.
— Правильно. Ни пуха ни пера.
— Ни пуха ни пера… (