«Пересмотрев фильм более двадцати лет спустя, я был поражён чуткостью и совершенно линейной игрой Одри, — рассказывал Фред Циннеман по поводу «Истории монахини». — Её сильная личность и независимая натура видны в каждом жесте; когда она бежит со всех ног, потому что опаздывает на заутреню, её спешка противоречит внутреннему спокойствию, которое она стремится развить в себе; точно так же она не может удержаться, чтобы не взглянуть одним глазком на мать-настоятельницу, когда, став послушницей вместе с другими девушками, простирается у её ног. Умелость её игры состоит именно в её способности показать все эти проявления независимости... Одри в самом деле смиренна, и это врождённое качество явно шло на пользу её героине на всём протяжении фильма».
Образ сестры Люк в каком-то смысле предшествовал роли посла, которую Одри будет исполнять в Африке 30 лет спустя. Вот что она скажет, посетив лепрозорий: «Когда я зашла внутрь, то почувствовала себя намного богаче. Я обрела заново внутренний покой, умиротворённость. Вещи, которые когда-то имели важность в моих глазах, утратили её».
Роберт Уолдерс, последний спутник жизни Одри, тоже признаёт: «Одри чувствовала себя намного свободнее в образе сестры Люк, чем во многих других ролях. Это история женщины, которая изучает жизнь, находится в вечном поиске, как Одри». Молодая бельгийская монахиня, в самом деле, терпит лишения в Конго, нарушает свои обеты и возвращается к мирской жизни как медсестра. Многие считают, что это наиболее мастерски сыгранная роль Одри. «Нью-Йорк таймс» восторженно писала: «“История монахини” — светлый и просветляющий фильм, в котором Одри досталась, верно, самая трудная и напряжённая роль. И это — случай сыграть её наилучшим образом за всю её карьеру».
Одри Хепбёрн была номинирована на премию «Оскар», но её обошла Симона Синьоре с фильмом «Путь наверх». Впрочем, у неё не было времени цепляться за своего персонажа. Она уже снова в Голливуде, впряглась в хомут фильма «Зелёные поместья», который снимал её муж.
В начале съёмок звезда попала в неприятную историю. Однажды днём она за рулём своей машины ехала по улице Беверли-Хиллз, как вдруг ей навстречу вылетел автомобиль. Чтобы избежать столкновения, Одри врезалась в стоящую машину. Она сильно ударилась, но осталась цела. Зато в машине, в которую она врезалась, находилась женщина-водитель, молодая 22-летняя танцовщица Джоан Лора, у которой были засвидетельствованы «серьёзные» повреждения спины и шеи. Мисс Лора подала на Одри в суд, утверждая, что полученные увечья причинили большой вред её здоровью. Её адвокат потребовал 45 тысяч долларов за моральный ущерб (получит она 4500 долларов). Одри так тяжело переживала эту историю, что поклялась больше никогда не садиться за руль. Мел Феррер предоставил ей шофёра, и съёмки продолжились.
«Зелёные поместья» — история персонажа по имени Абель, сбежавшего в Венесуэлу, который встречает Риму — девушку-птицу, таинственную красавицу из джунглей. Он видит в ней идеальное воплощение невинности. Но суеверные туземцы считают её зловредным существом, которое надо убить. Одри играет Риму, а Энтони Перкинс — Абеля. «Я думал, что это самое восхитительное создание, которое я когда-либо видел, и сильно нервничал оттого, что режиссёром был её муж, — говорил Энтони Перкинс. — На самом деле я бы предпочёл, чтобы у неё вообще не было мужа! В фильме много поцелуев и физического контакта. Атмосфера пронизана чувственностью, а тут ещё джунгли, звери, ощущение тепла, яркие краски, — мне вовсе не хотелось, чтобы явился муж и всё испортил!»
Но Мел, муж и режиссёр, был повсюду. Три его первые попытки поставить фильм: «Девушка из Лимберлоста», «Тайная ярость» и «Вендетта» — потерпели провал. «Зелёные поместья» пополнили этот список. Атмосфера на съёмках была хорошая. Фильм напоминал Ноев ковчег. Помимо Одри, главные роли были у оленёнка и ягнёнка. Чарлз Хайэм[40] рассказывает о появлении оленёнка в киностудии: «Когда на площадке появилось это изящное создание с большими влажными глазами, гибким и стройным телом и длинными точёными ножками, все засмеялись, потому что он очень походил на Одри. Она же начала громко возмущаться, увидев его, потому что его отняли от матери, а потом увела к себе. Её огромная любовь к животным и неудовлетворённое желание стать матерью быстро подавили всякое сопротивление».
Чтобы оленёнок слушался её перед камерой, Одри сама за ним ухаживала. Ему было четыре года, когда он вошёл в её жизнь; йоркширский терьер Феймос был сильно разочарован. По мере того как он подрастал, жизнь с оленем в одном доме становилась для Ферреров всё более беспокойной, и однажды вечером оленёнок, бегавший по саду, исчез. Без Ипа (так его назвали из-за звука, который он издавал, когда хотел есть) фильм был обречён на провал. Сумасшедшие поиски вокруг дома и в окрестностях поначалу не дали результата, но в конце концов оленя, к счастью, нашли.
Съёмки фильма спокойно продолжились, и, по многочисленным свидетельствам, Одри устраивало, что она работает под руководством своего мужа, особенно в любовных сценах. Мел, стоявший по другую сторону камеры, был вполне доволен. «Благодаря тому, что мой муж объяснял другому мужчине, как за мной ухаживать, я не испытывала никаких комплексов, — объясняла Одри. — Впервые за всю карьеру я не чувствовала никакой робости. Любовные сцены всегда давались мне сложно. Но когда Мел руководил нами и направлял, всё проходило естественно». Тем, кто пытался под конец работы над фильмом, в ноябре 1958 года, добиться от неё какой-нибудь игривой истории по поводу их отношений во время съёмок, Одри иронично ответила: «Я считаю, что работать с Мелом как режиссёром также естественно, как чистить зубы». После выхода фильма на экраны рецензенты будут глумиться над этой фразой: «Если мисс Хепбёрн не согласна сменить мужа или режиссёра, она просто обязана сменить хотя бы марку зубной пасты. В провальном фильме Феррера она как будто перебрала хлорофилла... Ужасный зелёный налёт на всём наводит на мысль, что фильм снимали на грядке гниющей петрушки».
Только «Нью-Йорк таймс» похвалила Мела за то, что он «доверил роль Римы Одри Хепбёрн, стройной и энергичной, как никогда»: «Скажем прямо: без Одри и её воздушного, светлого присутствия, обретающего материальную форму в чаще лесов Венесуэлы, этот фильм был бы совершенно никаким». В рецензии также говорилось, что Одри пронесла через весь фильм «редкие изящество и элегантность, которые делают образ Римы одновременно и более идиллическим и трагическим, и более целостным».
Фильм потерпел полный провал в прокате. Надо признать, что «Зелёные поместья» обозначили поворот в карьере Одри, и её поклонники были шокированы. Они никогда не думали, что увидят своего кумира, такую хрупкую и фееричную, в виде богини джунглей, этакого Тарзана в женском обличье, в которой авантюрист Энтони Перкинс разбудит женщину. Они не ожидали увидеть, как она бегает за мужчинами, весьма легко одетая, среди огромных змей и ягуаров, и резвится, запыхавшись, в амазонской чаще с исступлением школьницы, обучающейся в монастыре и впервые испытавшей любовную страсть... Сюрприз был велик... Теперь можно понять её мужа: «Были фрагменты, которые мне нравились. По-моему, это был не полный провал».
Но этот фильм положил конец профессиональному сотрудничеству Одри Хепбёрн и Мела Феррера. По счастью, три месяца спустя на экраны вышла «История монахини» и несколько поправила дело. Это был настоящий успех: шесть номинаций на «Оскар». Одри обрадовалась хорошим новостям и могла теперь спокойно забыть о провале «Зелёных поместий». Но самолюбие Мела, мужа звезды, было уязвлено.
МАМА
К счастью, в декабре 1958 года Одри обнаружила, что беременна. Эта новость наполнила её счастьем, но они с мужем договорились держать её в тайне. Одри, кстати, должна была сниматься в вестерне Джона Хьюстона в паре с Бёртом Ланкастером. «Когда я забеременела, то подумала, что это Божья воля. Но мы с Мелом по обоюдному согласию решили, что мне всё-таки надо сняться в этом фильме, поскольку нет смысла просто сидеть и ждать. Обычно ничегонеделание всегда действовало мне на нервы. Мы подумали, что фильм станет для меня стимулом. И я была очень рада поработать с Джоном Хьюстоном».
40