Оды Соломона
Введение
Данная публикация имеет своей целью познакомить нашего читателя с открытым в начале XX в., но до сих пор не издававшимся по-русски[1] сирийским сборником гимнов, т. н. Одами Соломона, который, по мнению виднейшего ученого в области сирийской литературы С. Брока, является «одним из самых прекрасных и в то же время самым проблематичным произведением раннего христианства»[2].
До начала XIX в. об «Одах Соломона» было известно лишь по упоминаниям у Никифора, Псевдо-Афанасия и по единственной цитате у Лактанция[3]. В 1812 г. датский епископ Ф. Мюнтер впервые опубликовал сборник из пяти од[4], обнаруженных им в коптской рукописи, принадлежащей Британскому Музею (Add. 5114) и содержащей текст гностического трактата «Пистис София»[5]. Фрагменты Од, помещенные в «Пистис София»[6], не позволяли сделать хоть сколько-нибудь обоснованное заключение относительно их происхождения, поэтому всестороннее изучение этого памятника стало возможно лишь после того, как 4 января 1909 г. Дж. Рендел Харрис, исследовав рукопись XV в., открыл сирийский текст Од и псалмов Соломона. Спустя три месяца после своего открытия Харрис сделал краткое сообщение о находке[7], и уже в том же году подготовил публикацию сирийского текста рукописи[8]. В результате стали известны и были введены в научный оборот 40 из 42-х од Соломона (с 3-ей по 42-ю, 1-ая, 2-ая и несколько первых строк 3-ей оды приходились на начальные утраченные листы кодекса; 1-ая или часть 1-ой оды известна по-коптски из «Пистис София»). Через три года после открытия Харриса в апреле 1912 г. Ф. К. Бёркит обнаружил большую часть Од (с 17:7 по 40:20) в рукописи Х в., происходящей из монастыря Сирийцев в Нитрийской пустыне, и которая по иронии судьбы уже 70 лет хранилась в библиотеке Британского музея (Add. 14538). Наконец, в одном из папирусов приобретенных в 1955–1956 гг. М. Мартином Бодмером, а именно в греческом папирусе, датируемом III в. (P. Bodmer XI), был обнаружен греческий вариант 11-й оды.
За минувшие почти сто лет изучения Од Соломона ученым не удалось прийти к желаемому консенсусу. Нет окончательного решения ни относительно оригинального языка Од (высказывались мнения как в пользу греческого, так и в пользу сирийского, и даже еврейского языка), ни относительно места их создания (Антиохия, Едесса). Датировка Од также колеблется в весьма значительных пределах (от I в. до РХ по III в. по РХ), причем дело осложняется тем, что в одах нет ни одного хоть сколько-нибудь однозначного указания на известные исторические события. Не решив вопроса о языке оригинала, месте и времени его создания, невозможно с уверенностью говорить и о личности автора, оценка которой также значительно варьируется у различных исследователей. В авторе Од видели то иудея, то ессея, то иудеохристианина. Отмечая определенные сходства Од с кумранской литературой, делалось предположение, что автор Од мог быть обращенным из кумранитов. Наконец, ряд ученых склонялись к гностическому происхождению сборника Од.
Последнее мнение было подвергнуто решительной критике Дж. Х. Чарльсуортом[9]. Отстаивая не гностическое происхождение Од, он, в частности, указывал на то, что автор Од обращается с молитвой к Богу Творцу (7:9–13), может употреблять параллельно понятия «знание» и «вера» (8:10 и далее), почти во всех одах содержатся аллюзии на книги Ветхого Завета, автор Од не обнаруживает характерного для гностиков дуализма и пр.
Относительно других вопросов наиболее предпочтительными представляются следующие решения. Вероятней всего, Оды были составлены в конце I — начале II века по РХ. В пользу ранней датировки говорят определенные тематические и терминологические сближения Од Соломона с Евангелием от Иоанна: Свет, Слово, Истина, Путь, Источник жизни и др. — все эти ключевые для четвертого канонического Евангелия слова обнаруживаются также и в Одах, но при этом мы не найдем ни одной прямой евангельской цитаты в Одах, равно как и из Од в Евангелии. Это наблюдение позволило ряду ученых отнести автора Од к кругу апостола Иоанна[10]. Оригинальный язык Од, по оценке большинства ученых, сирийский. Именно сирийский текст Од обнаруживает игру слов, прекрасный поэтический стиль, а также характерные для семитской поэтики аллитерации, ассонансы и метрику. Автор либо обращенный иудей, либо христианин из язычников, испытавший значительное влияние иудейской мысли.
«Оды Соломона» представляют богатый и исключительный по своей важности материал по раннехристианскому богословию. Являясь сборником поэтических гимнов, они не содержат систематично и последовательно изложенного учения. В то же время в Одах затрагиваются многочисленные богословские темы, такие как: спасение, благодать, бессмертная жизнь, слово, премудрость, и многие другие. Через весь сборник проходит тема богопознания, которая раскрывается с потрясающей непосредственностью, как единение во взаимной любви.
1
Предварительная публикация избранных од в моем переводе была сделана в журнале
2
Brock S. P. Review of the “Odes of Solomon” edited with translation and notes by J. N. Charlesworth. (Oxford, 1973) //
4
Münter F. Odae gnosticae Salomoni tributae, thebaice et latine, praefatione et adnotationibus philologicis illustratae
5
Эта рукопись была приобретена Британским музеем в 1875 г. у наследников лондонского врача Антония Аскева и обычно обозначается как кодекс Аскевианус.
6
В главах 58, 59, 65, 69 и 71 «Пистис София» цитируются следующие пять од: 5:1–11, 1-ая (дошедшая лишь в составе «Пистис София» по-коптски, возможно целиком), 6:8–18, 25-я и 22-я (две последних целиком).
8
Harris J. R. The Odes and Psalms of Solomon: Now First Published from the Syriac Version. Cambridge, University Press, 1909.
9
Charlesworth J. H. The Odes of Solomon — Not Gnostic //
10
Из отечественных исследований «Одам Соломона» и специально параллелям между ними и Евангелием от Иоанна посвящена ранняя, учебная работа Н. В. Пигулевской «”Оды Соломона” в их связи с Евангелием от Иоанна». Эта работа, а также комментарий к Одам и статья, озаглавленная «К исследованию вопроса об авторе 4-го Евангелия», были написаны между 1919 и 1921 гг. (в эти годы Н. В. Пигулевская, окончив Бестужевские курсы, проходила подготовку к преподавательской деятельности и занималась восточными языками на восточном факультете Петроградского университета), никогда не публиковались и хранятся в Санкт-Петербурге в рукописном отделе БАН. В своей оценке Од Н. В. Пигулевская, следуя за Гарнаком, полагает, что «”Оды Соломона” в основе своей — иудейский памятник, интерполяции кот[орого] в большинстве случаев легко отличимы, сделаны христианской рукой, сравнительно более позднего времени, т. к. они связаны уже с известным догматическим развитием мысли» («Оды Соломона» в их связи с Евангелием от Иоанна. ОР БАН, фонд 1036, опись 1, ед. хр. 1, лист 24). Эта позиция определила следующую характеристику многочисленных сближений между Одами и Евангелием от Иоанна: «Это один из самых ярких примеров того, до какой степени творческий дух может творить разное из тех же понятий, и из тех же самых слов» (там же, лист 25).