Так вот, старый сельский полицейский снимал губки с веревки и жарил их в прогорклом свином сале, а затем разбрасывал в тех местах, где, как он предполагал, могут бродить волки.
Найдя сей занятный пончик, зверь жадно заглатывает приманку, ибо пахнет она приятно и не вызывает никаких подозрений, к тому же сало мешает воде проникнуть внутрь, а потому губка еще очень мала. Но, оказавшись в желудке животного, губка подвергается воздействию желудочного сока, в результате чего сало растапливается, усваивается организмом, а губка вновь приобретает способность впитывать жидкость. Это-то и губит волка! Губка расширяется, расширяется и в конце концов заполняет весь желудок, потому что серый разбойник испытывает ужасную жажду, он пьет и пьет, но чем больше он пьет, тем больше расширяется губка. Дьявольская приманка слишком велика, чтобы волк мог отрыгнуть ее и таким образом избежать гибели, ибо она не позволяет пище проникать в желудок. Несчастный волк погибает от голода… хотя и бродит с туго набитым брюхом.
Я предпочту воздержаться от каких-либо комментариев по этому поводу, но хочу все же вас заверить, что старый сельский полицейский не читал мемуаров барона Крака[284], нашего французского Мюнхгаузена, так что ему можно верить.
Вот уж браконьер так браконьер! Лиса — злейший враг всех мелких обитателей лесосек, зарослей и птичьих дворов. Она не рыщет, как волк, по огромному участку, не бродит как неприкаянная по полям и лесам, а ведет, так сказать, «сидячий образ жизни», то есть разбойничает на довольно ограниченной территории, само собой разумеется, изобилующей дичью.
Живет эта рыжая бестия в прекрасном «загородном доме», то есть в просторной, хорошо обустроенной норе, где она отсиживается в случае опасности и выращивает потомство. Лиса столь же осторожна, как и волк, но она в сто раз хитрее серого разбойника.
К тому же эта проныра и пролаза — создание намного более ловкое и увертливое, чем большой и немного неповоротливый (по сравнению с рыжухой, разумеется) волк. Так что если ближайшему сородичу и смертельному врагу собаки и приходится иногда попоститься из-за того, что удача от него отвернулась, то рыжая воровка, большая мастерица обделывать всякие делишки, редко попадает впросак так, чтобы пришлось возвращаться с охоты несолоно хлебавши.
Ловкая, хитрющая мошенница устраивается где-нибудь в потайном местечке рядом с фермой, изучает поле деятельности (или брани, если вам угодно), как грамотный и истинный стратег, упорно ищет (и всегда находит!) слабые звенья в «обороне крепости», намечает место, где лучше всего нанести удар, и выбирает время и место атаки столь искусно, что могла бы привести в изумление и восхищение любого опытного военного.
И вот уже разбойница проникла в курятник! Весь ужас заключается в том, что лиса убивает столько кур и уток, сколько может, как какой-нибудь кровожадный апач. Затем она вытаскивает из сарая окровавленные тушки одну за другой и прячет в тайниках. Занимается лиса этим до самого рассвета, пока первые лучи солнца не загонят ее под спасительный покров леса.
Разумеется, не всегда лисе представляется счастливая возможность похозяйничать на птичьем дворе, а потому чаще всего она ополчается против лесной и полевой дичи. Рыжая разбойница истребляет огромное количество зайцев, кроликов, куропаток, фазанов и даже маленьких косуль. Не пройдет она и мимо выводка жирненьких перепелочек, а также с превеликим удовольствием поглощает птичьи яйца, если находит гнездо. Вот таким образом места, где рыщет лиса, очень скоро превращаются в мертвую пустыню.
Охотятся на лис в основном с ружьем и с гончей собакой. Самый благоприятный период — январь, февраль и март, потому что собаки хорошо берут след в лишенном листвы лесу, они легко находят лисьи норы, а так как самки ждут появления потомства, то одним выстрелом охотник избавляет землю от целого выводка маленьких негодяев.
Когда зверь сидит в норе, его надо оттуда либо выкурить, либо выгнать, запустив в дыру норную собаку. Охотники располагаются так, чтобы иметь возможность обозревать окрестности на тот случай, если лиса внезапно выскочит из потайного хода. Если хитрюга и в самом деле попала под выстрел и вы всадили в нее заряд дроби, подойдите все же к неподвижному телу и удостоверьтесь в том, что лиса действительно мертва, ибо плутовка очень искусно симулирует смерть. Итак, безо всяких угрызений совести размозжите мерзавке прикладом голову или перебейте спинной хребет, потому что очень часто рыжей прохиндейке удается перехитрить даже самых опытных, самых бывалых охотников.
284
— герой остроумного фарса французского писателя Коллена д’Арлевиля «Господин Крак в своем крошечном замке» (1791), тип рассказчика-вруна, который никогда не останавливается перед очевидным неправдоподобием излагаемого им сюжета.