Самка кролика способна дать первый приплод в возрасте шести месяцев. Она вынашивает потомство в течение 30 дней и производит на свет от 4 до 6, а иногда и до 8 крольчат, коих и выкармливает молоком в течение полутора месяцев.
Опасаясь прожорливого самца, который, подобно мифическому Сатурну[127], способен проглотить собственное потомство, самка отрывает в самом дальнем конце норы новый зигзагообразный ход и небольшое помещение, призванное служить своеобразной «детской» крохотным крольчатам. Крольчиха губами выдергивает у себя на животе пух и устилает им пол, кладет на этот импровизированный матрасик, свидетельствующий о чрезвычайно нежном материнском сердце, своих новорожденных крошек и остается с ними в течение двух дней. Затем крольчиха возвращается к отцу семейства, предварительно тщательно замаскировав вход в «детскую» травой, мхом и комьями земли. Она приходит к крольчатам каждый день, чтобы покормить их молоком, соблюдая при этом все мыслимые и немыслимые меры предосторожности.
Крольчиха приводит детенышей в общую нору, только когда они подрастут и достаточно окрепнут. Тогда папаша и признает их за своих отпрысков; он принимается ласкать малышей, обнюхивать, облизывать, вычищать им шерстку, и в конце концов ему удается убедить почтенную матрону[128] в том, что от его былой свирепости и прожорливости не осталось и следа, так что в дальнейшем опасаться за жизнь крольчат ей не придется.
По своей природе кролик — маленький сибарит[129], ибо он любит нежиться на солнышке. Очень часто в теплую ясную погоду кролики сворачиваются в клубочек и уютно устраиваются в зарослях вереска или под кустиками. Кролики ленивы и малоподвижны, их нелегко спугнуть с насиженного места, и бросаются бежать они только при крайней необходимости. Но уж зато когда пускаются наутек, только держись!
Некоторые готовы сравнить их в беге с ветерком, а кто и с молнией! Вы едва успеваете заметить, как мимо вас прокатывается серый комочек с задорной белой точечкой! Фр-р-р! И вот уже крохотный белый хвостишко мелькает далеко впереди!
Отстрел кроликов — дело сложное и требует хорошей сноровки, верного глаза и опыта. Хорошо прицелиться в стремительно удаляющегося кролика очень трудно, почти невозможно, поэтому и нужно, чтобы охотник вскидывал ружье почти автоматически и умел стрелять мгновенно, почти не целясь.
Все советы, данные мной относительно стрельбы по зайцу, вполне применимы и при отстреле кроликов. Главное же при охоте на кроликов — приобрести необходимую сноровку и проворство, чтобы суметь подстрелить маленького зверька, несмотря на все его неожиданные петли и зигзаги. Да, большое искусство — уловить нужный момент, чтобы всадить заряд дроби в серый комок! Как я уже говорил, требуется большой опыт, и некоторые великие любители охоты на кроликов порой просто поражают своей ловкостью! Остается лишь восхищаться да тайком завидовать…
Иногда приходится стрелять по кролику наугад, ибо серый клубочек, прокатившись по открытому пространству, вдруг исчезает в кустах или в густой траве, и тогда охотник палит приблизительно туда, где, как он предполагает, и спряталось будущее рагу. В таких случаях надо на глазок заранее определить скорость бега нашей живой мишени и стрелять с небольшим опережением.
Стоит ли говорить, что сей способ охоты, обусловленный обстоятельствами, весьма ненадежен, а потому чаще всего и малоэффективен. Да, друзья мои, чего уж хуже, чем палить, как говорится, в белый свет!
При наличии в ближайших лесах большого количества кроликов некоторые охотники прибегают к помощи маленького живого союзника, проныры и пролазы, именуемого хорьком. Так поступают, когда хотят либо избавить местность от кроликов потому, что они наносят большой урон посевам, либо потому, что не хотят писать в охотничьем дневнике, что опять возвратились с охоты несолоно хлебавши.
Постараюсь описать вкратце этого помощника охотника, чью кровожадность человек сумел использовать в своих целях.
Во Франции на охоту ходят не с обычным хорьком — главным врагом французских кур и цыплят[130], а с другим представителем того же семейства, зверьком таким же ловким и злобным, с теми же повадками, но еще более стройным и гибким, словно бы даже бескостным. Отличается эта разновидность хорька и постоянно красными, налитыми кровью глазками.
Французские ученые-натуралисты Бленвиль и Добантон полагают, что сей зверек, именуемый по-французски «furet», в отличие от обычного хорька, именуемого «putois», ведет свой род именно от общеизвестного хорька. Добавлю еще только, что некоторые ученые утверждают, что происходит эта разновидность хорька из Африки, хотя следует заметить, что в природе, на воле, зверек этот там не встречается[131].
127
— один из древнейших римских богов. Около III в. до н. э. произошло его отождествление с греческим богом Кроносом, отцом Зевса, повелителем вселенной, низвергнутым своим сыном в Тартар. В этой ипостаси и понимался Сатурн как поглотитель, пожиратель всего минувшего, в том числе и собственных детей.
128
— замужняя свободнорожденная женщина в Древнем Риме. В новое время это слово используется для описания добропорядочной женщины в возрасте, пользующейся уважением как в домашнем кругу, так и в обществе.
129
— житель италийского города Сибариса, считавшийся в древности синонимом изнеженного, проводящего жизнь в удовольствиях и наслаждениях человека.
130
Лесной хорек (Mustela putorius), называемый также обыкновенным, черным и европейским, населяет умеренную полосу Европы и Азии.
131
Африканский хорек (Putorius furo) является разновидностью лесного, изменившейся за века приручения и неволи. Иногда его считают альбиносной разновидностью лесного хорька.