Из книги «Стихи и переводы»
Сонеты
«За все, чем жил, чем жив, благодарю…»
1.
За все, чем жил, чем жив, благодарю:
за кров и кровь, за притчу и за пищу,
за пирров пир, за крезов короб нищий,
за власть и казнь, приставшие царю.
Твоих даров уже не раздарю,
не разорю спаленного жилища —
под черным перегноем пепелища
пущу росток и лягу ждать зарю.
Но клонятся календы к ноябрю —
негодный срок для сева и для тризны:
голодная, неплодная страда.
И белыми губами говорю
слова любви, ни слова укоризны:
не даждь зерну умрети без плода.
«Не научились даже умирать …»
4.
Не научились даже умирать —
oтбыв свое, откланяться прилично.
Уходит жизнь. Как зло. Как непривычно.
Как тать в ночи. Как тать в ночи. Как тать.
А думали, что рождены летать!
Что куплены баландой чечевичной
свобода и ангажемент столичный.
Но сорок — срок. Не век его мотать.
И предкам нашим проданным под стать,
в судьбу не веря и беды не чуя,
живем, покуда чуть не на виду
«Не меден как грошик и щит …»
5.
Не меден как грошик и щит —
сентябрь невозможно серебрян.
Варьянтов набор не перебран,
оркестрик аллегро бренчит.
А кровь еще в меру горчит,
По-царски питая церебрум,
и кожа неломаным ребрам
еще из надежных защит.
Отмерено было сполна
мне нежности женской и детской,
беседы мужской и труда,
но чаша пита не до дна
египетской, царской, стрелецкой,
и благо не ведать — когда.
«Песок застлал руины Йерихона…»
7.
Песок застлал руины Йерихона.
Я быть устал. Страна моя пуста —
потоптана конями фараона,
по горло морем красным залита.
С обломков стен глядят как бы с холста
глаза родных на своего Харона.
Последний бык горящего моста,
я ухожу, паромщик похоронный.
На западе — Сахары рыжий дым
и белые фантомы гор Хоггара.
Зачем меня, прожженным и седым,
и в этот раз выносишь из пожара?
Но вновь почти не различим ответ:
народ… песок морской… на склоне лет.
«Прекрасной Франции холмы…»
8.
Илье Смирнову
Прекрасной Франции холмы
ломают линию долин,
и птиц грассирующий клин
в табличке неба — знак зимы.
Здесь пляшут белые дымы
над кровлей из карминных глин
и жизни ток неодолим,
но на Востоке смертны мы.
О, этот птичий говорок,
обычай местных недотрог
благоволить, скользя!
Водой бы влиться в водосток,
но за спиной горит Восток,
и не уйти нельзя.
вернуться
2
Русск.