Выбрать главу

А ведь когда‑то Флору и ее сестру связывали очень близкие отношения. И такую перемену трудно было даже представить.

У Флоры, единственного ребенка в не очень‑то счастливой семье, сохранилось слишком мало воспоминаний, где на заднем фоне не происходили бы громкие скандалы между родителями и не слышались последующие всхлипывания матери – отец, что называется, бегал за каждой юбкой. Мать Флоры, изящная хрупкая женщина, часто жаловалась, что давно бы ушла от неверного мужа, если бы могла себе это позволить. И уже тогда внушала Флоре, что нужно получить самое лучшее образование, чтобы никогда не зависеть от мужчины.

Когда Флора училась в университете, ее родители наконец развелись. И тогда ей пришлось сделать поразительное открытие. Оказалось, у отца была еще одна семья с ребенком. Семья, которая жила от них всего лишь через пару улиц. Роман любвеобильного папаши с этой женщиной, Сарой, развивался практически параллельно его отношениям и с матерью Флоры. После развода отец тут же женился на Саре. Флора помнила большой скандал, когда он начал настаивать, чтобы познакомить своих дочерей. Но, как ни странно, девочки подружились. Вскоре развалился и второй его брак, но Флора и Джули по‑прежнему продолжали видеться друг с другом. А еще через некоторое время, когда Джули поступила в колледж и у нее умерла мать, сестры стали жить вместе в одной квартире. Два года девушки оставались очень близки…

На глазах у Флоры выступили слезы, когда она разрешила себе представить свою младшую сестру такой, какой она видела ее перед свадьбой. Маленькая хорошенькая блондинка болтала без умолку. После нескольких месяцев встреч с Уильямом Джули решила бросить учебу и поселиться с прекрасным молодым голландцем на одном из многочисленных каналов в Амстердаме – там у него был свой катер. Отмахнувшись от увещеваний Флоры быть разумной и не спешить, Джули со всей решимостью молодости выбрала, конечно, любовь. Через несколько недель она объявила о своей беременности, а вскоре последовала и свадьба.

Старший сводный брат Уильяма, Анджело ван Заал, оплатил и церемонию, и небольшой прием, устроенный в честь бракосочетания в Лондоне. Тогда Флора и познакомилась с ним. Зная от Джули, чего можно ожидать от него, она была не особенно поражена его холодностью.

– На вкус Анджело, я слишком проста и недостаточно образованна – ни роста, ни лоска, – смеясь, говорила Джули, покачивая своей хорошенькой светловолосой головкой. – Он считает, что я должна произносить: «Да, сэр. Нет, сэр. Как изволите, сэр». Уильям тоже робеет перед старшим братом, зная – он никогда не сможет оправдать его ожиданий.

Анджело ван Заал даже не счел нужным притворяться, будто рад этой свадьбе.

– Они слишком молоды и незрелы, чтобы быть родителями. Это катастрофа, – объявил он сразу после церемонии, хмуро глядя на Флору своими холодными как лед глазами.

– Ну, сейчас уже поздно об этом говорить, – заметила Флора, настроенная более оптимистично. – Они любят друг друга, и хорошо, у них есть этот трастовый фонд.

Лицо Анджело потемнело.

– Откуда вы это взяли? – спросил он грубо. – Деньги из фонда еще три года будут для них недоступны.

Флора почувствовала, что краснеет. Уж лучше бы она промолчала! Выражение лица Анджело давало ясно понять: она далеко переступила дозволенные ей границы, просчитывая перспективы Уильяма.

Выходит, она ошиблась, думая, что трастовый фонд поможет молодой паре обустроить их первый дом?

– Но, поскольку Джули ожидает ребенка, – ее смущение росло, – можно было бы несколько изменить правила пользования фондом…

– Безумие! Я не позволю этого! – решительно заявил Анджело, словно только его мнение имело значение. – Уильяму и его жене придется самим зарабатывать себе на жизнь. – Он криво усмехнулся. – Хотя у вашей сестры, как я понимаю, были другие планы?..

Флора решила пропустить мимо ушей прямой намек на предполагаемую алчность Джули.

– Разумеется, ей придется найти работу, – кивнула она.

– С ее «образованием», – Анджело особо подчеркнул последнее слово, – ей можно рассчитывать только на место прислуги. А Уильяму прежде нужно закончить его учебу, если он хочет сделать нормальную карьеру.

В результате драгоценный трастовый фонд остался нетронутым, но случилось то, чего боялась Флора, – Уильяму все‑таки пришлось бросить университет. Джули из‑за беременности уже не смогла работать.

Флора поморщилась. Как один из учредителей фонда, Анджело, вероятно, до сих пор похлопывает себя по карманам, довольный, что оставил в неприкосновенности капитал. Что же удивляться, если этот магнат в первую очередь заговорил о деньгах?

Таксист подождал, пока она зарегистрировалась в отеле, а потом отвез ее к крематорию. Там уже было полно народу, в основном молодые люди. Но лишь присутствие одного‑единственного человека Флора ощутила особенно остро. И этот человек уже шел к ней навстречу.

Вся подобравшись, Флора скользнула по Анджело невидящим взглядом, чувствуя, как ее щеки начинают заливаться краской.

Анджело произнес обычные слова соболезнования, подождал ее ответа и, проводив через зал, представил родственникам Уильяма.

Флора едва могла дышать. Она ненавидела Анджело – за тот эффект, который он на нее оказывал. Ненавидела за то роковое сочетание яркой внешности и внутренней значительности, а именно это и поразило ее в их первую встречу. Даже легкий цитрусовый аромат его одеколона казался Флоре знакомым – она едва устояла перед желанием ближе придвинуться к нему. Ни один мужчина, даже тот, за кого она собиралась замуж, так не действовал на нее.

Секс вообще никогда не управлял жизнью Флоры. Более того, она до сих пор была девственницей. Флора умела держать дистанцию с мужчинами. Слишком много безобразных сцен пришлось ей увидеть, чтобы сейчас сломя голову бросаться к кому‑нибудь в постель. И это физическое влечение к Анджело только усиливало в ней неприятие интимной части жизни.

– Как Маришка? – спросила Флора, когда они оказались немного в стороне от гостей.

– У маленьких детей большой запас жизненных сил. Например, сегодня утром, пока ее кормили завтраком, она все время улыбалась, – сказал Анджело, глядя на Флору удивительными синими глазами в обрамлении черных как смоль ресниц.

– Вы с утра уже успели заехать в больницу? – удивилась Флора. Возможно, ему позвонили и поэтому он заехал?

Анджело пристально посмотрел на Флору – словно чистая энергия заструилась по ее коже. С трудом сдержав дрожь, она уставилась на узел его галстука.

– Маришка уже не в больнице, – сказал Анджело. – Вчера ее выписали под мое поручительство.

Вот это новость! Флора вскинула голову:

– Как быстро вы все проделали! А кто же за ней присматривает?

– Ее няня. Анке.

– Если девочка недавно потеряла родителей, вряд ли присутствие чужого человека ее утешит.

– Анке ей не чужая. Она и раньше была няней Маришки. Девочка ее обожает.

– Уильям и Джули могли позволить себе… пригласить няню? – Флора не могла скрыть изумления.

Она не знала, что, несмотря на финансовые проблемы, о которых Джули постоянно говорила ей по телефону, они могли пригласить няню. Тем более не помнила, чтобы Джули говорила, будто ее дочь обожает эту няню.

– Услуги няни оплачивал я. – Рот Анджело сжался, словно он предупреждал ее: этот вопрос Флору не касается.

– Очень великодушно с вашей стороны! Кстати, спасибо и за то, что вы оплатили мои дорожные расходы, – сдержанно поблагодарила Флора. – В оплате моей поездки не было необходимости, но, конечно, ваши заботы сэкономили мне время. И еще, – добавила она, – я здесь ненадолго, и то время, которое у меня будет, мне бы хотелось провести…

– С вашей племянницей, – мягко закончил Анджело. – После церемонии всех пригласят в мой дом на кофе, и тогда вы ее увидите.

Флора вспыхнула. Она не ожидала, что ей так легко позволят увидеть Маришку. Ветер покинул паруса ее корабля, прежде чем она успела ступить на его борт.