Добравшись до дома, Кейт отменила полет в Хьюстон. Потом оставила два сообщения – одно на домашнем автоответчике Макса, второе Клео. Первое было намеренно расплывчатым: «Выяснилось, что я все же не могу прилететь в Хьюстон. Кое-что произошло. Позвоню где-нибудь на следующей неделе». Второе получилось более емким: «Дэйв сегодня разбушевался и послал меня в отставку. На твоем месте я бы залегла на несколько дней, заболела бы гриппом или чем-нибудь еще, пока он не остынет. В любом случае, я уезжаю, Сэма беру с собой. Не знаю, надолго ли, – позвоню на следующей неделе. Обещаю. Или через неделю». После этого Кейт отключила телефон, налила себе стакан вина, достала из холодильника все, что там было, съела бутерброд и принялась собирать вещи.
Следующим утром на восходе они с Сэмом ехали по шоссе к югу, к синему небу земли Джорджии О'Киф[52]. К Красной земле Нью-Мексико.
Под лилиями шевелится Аммит – сплошь зубы, плоть и голод. Из уголков рта вырываются оранжевые языки пламени. Опасайся, пожиратель сердец. Опасайтесь, крокодил, гиппопотам и лев. Берегись, змея средь белых лилий.
12
Год третий правления Эйе
(1349 до н. э.)
День 21-й, второй месяц всходов
Небет шесть лет, и кажется, что она состоит только из рук и ног, как мальчишка, который растет так быстро, что забывает, где у него кончаются пальцы на ногах. Или, быть может, мне она лишь кажется такой по сравнению с Асет, которая в свои десять двигается с невероятной целеустремленностью и грацией. Девочки продолжают дружить, несмотря на разницу в возрасте, потому что один живой ум тянется к другому, – плюс естественное сострадание, в первую очередь притянувшее Асет к Небет, чтобы освободить ее дух от оков, наложенных телом.
К тому же Асет развивает склонность Небет к рисованию, а это очень редкое умение, и Тетишери боится, что оно может привести к соперничеству между девочками и положить конец их дружбе. Но рисунки Асет преследуют определенную цель – с их помощью она рассказывает истории, в то время как Небет превращает голую пустыню в таинственный мир меняющихся форм и цветов, которые видит лишь она. Так что я на этот счет не беспокоюсь, поскольку считаю, что фундамент, на котором покоится их дружба, – их врожденное стремление выйти за общепринятые границы. Так же, как это было и у меня с Меной.
Нофрет вынесла тарелку пирожных с кусочками орехов и фиников – это угощение она приготовила к нашему приходу, – а вслед за ней вышел Мата, помощник Хари, с кувшином вина и корзиной фруктов. Мы сидели под навесом в саду, и когда к нам вышел Пагош, Хари перестал собирать листья молодой ивы, а девочки повалились на траву рядом со столиком и взяли пирожные.
– Сядь, женщина, дай спине отдохнуть, – велел Хари моей овдовевшей тетушке, у которой с возрастом начали болеть суставы. – А то разбудишь меня ночью опять, будешь выпрашивать мое волшебное снадобье.
– Мясу надо потушиться еще какое-то время, – согласилась Нофрет и опустила свой полный зад рядом с ним на скамейку. – Давайте послушаем пока, что нам расскажет Асет. – Она помахала Мате: – Принеси щепок и кусок угля из костра. – И посмотрела на Асет: – Милая моя, наверняка ты уже придумала что-нибудь новое.
– Сейчас, – задумалась Асет, отдавая последний кусочек сладкого пирога Тули и ожидая, когда Мата принесет пластинки известняка, на которых Хари высчитывает наши расходы, прежде чем записать итоги на папирус. Потом она выбрала кусочек угля и начала рисовать собаку, которая во всем была похожа на мастиффа, кроме коротких ног.
– Мать и отец Надежного были кочевниками, бродили по равнинам и горам, вслед за овцами. Некоторые люди называли их уличными собаками – наверное, потому, что не было страны, которую они могли бы назвать своей. – Пагош криво мне улыбнулся: девочка упрекала его в том, что он недолюбливает ее беспородного товарища. – Но в путешествиях они многому научились и стали очень мудры, так что когда увидели, насколько плодородна наша Черная Земля, они решили основаться здесь и создать семью… Надежный был самым маленьким щенком из их первого помета. Ножки у него были слишком короткие, а уши слишком большие, но он ни разу не дал ни единой отцовской овце потеряться. За это и получил свое имя. – Асет положила каменную пластину на землю, чтобы вы все смогли разглядеть, что на ней нарисовано. – Так вот, как и отец, Надежный стал лучшим пастухом во всех Двух Землях. Его благородные хозяева щедро вознаграждали его за его преданную службу, и со временем он мог даже носить золотой ошейник. – Рисуя вверх ногами, Асет изобразила ошейник вокруг шеи пса. – Но его госпожа жена так и не смогла подарить ему детей, из-за чего Надежный очень грустил. – Она добавила слезинки у него под глазами. До этого, когда Асет говорила о том, что родители Надежного стали мудры, она понизила голос. А сейчас у нее опустились уголки губ. – Шерсть у него свалялась, морда поседела. Наконец из бровей и ушей начали расти волоски, похожие на дикую пшеницу, и он стал похож на цаплю, готовую взлететь, и все стали звать его Старым Надежным. – Асет взяла еще осколок и начала новый рисунок. – Однажды его взгляд упал на одну из сестер Тули, девочку по имени Северный Ветер – молодую красавицу в шубке цвета асуанского мрамора. – Собака, которую Асет нарисовала в этот раз, отличалась стройными ногами и изящной осанкой – она ходила вертикально на красивых задних лапах. – К тому времени первая жена Надежного уже ушла к Осирису, поэтому он сделал Северный Ветер своей новой женой – потому что благодаря ей снова почувствовал себя молодым и сильным. Он дарил ей много чудесных подарков, поэтому боги решили дать ему ребенка, которого он так давно хотел.
52
Джорджия О'Киф (1887–1986) – американская художница, в работах которой натурализм сочетается с сюрреализмом.