Выбрать главу

Помните дурацкий вопрос: какую книгу ты бы взял с собой на необитаемый остров? Ответ: хорошую. Хорошую книгу, настоящую книгу можно читать бесконечно. Она будет меняться вместе с читателем, станет отражением его мыслей, вступит с ним в диалог. Книга Шейбона — настоящая.

Но настоящую литературу очень непросто переводить. Чем сложнее гармония, тем труднее разъять ее на части, а потом, поверив алгеброй, сложить, как было. Чем тоньше ткань, тем легче и незаметнее должны быть переводческие стежки. Чем больше увлекает переводчика текст, чем глубже он в него погружается, тем невесомее и бесплотнее должно быть переводческое присутствие, чтобы не наследить и не исказить и ничего при этом не потерять. Тягучие, как длинный летний день, старческие мысли, похожие на облака, наплывающие одно на другое, отзвуки читанных в детстве книг, которые должны возникнуть как отражение в зеркале, висящем в абсолютно пустой комнате, извилистый синтаксис, когда на странице помещаются всего два-три предложения, — все это может стать полем для единоборства с автором, сундуком с пыточными орудиями. А может стать источником упоительного творчества. И неизвестно, что опаснее, потому что важно ни на минуту не забывать о главенстве оригинала над переводом, а автора — над переводчиком. Главное достоинство любого перевода — точность. Должно получиться точно как у автора. Должно, но никогда не получится.

Я перевела эту повесть еще летом 2007 года, но довести ее до публикации удалось лишь через десять лет.

Спасибо Сергею Кузнецову, спасибо Боруху Горину, спасибо издательскому дому «Книжники», потому что благодаря их доверию и вниманию эта замечательная книга наконец-то встретится с вами, дорогой читатель. Ее путь к вам оказался очень долгим, даже длиннее, чем от еврейского штетла Вербов в Восточной Галиции, откуда родом предки Шейбона по материнской линии, до города Колумбия в штате Мэриленд, где прошло его детство, городе, задуманном в 1967 году горсткой энтузиастов-пионеров как воплощение мечты о справедливом и гармоничном мире, где нет места расовой, национальной и прочей розни. Увы, этой прекраснодушной мечте, как и многим другим, не суждено было сбыться. Мир не всегда такой или всегда не такой, как нам хочется. Наверное, поэтому мы так хотим, чтобы он был лучше. Наверное, для этого человек работает: например, пишет книги, переводит, редактирует, издает. Потому что хочет, чтобы мир стал лучше и хоть чуточку справедливее. Как в книжке.

Ольга Новицкая

В этой стилистически безупречной повести есть тонкость и гуманизм. И в то же время есть лихо закрученная интрига, детективная пружина, героика — все, чего читатель ждет от литературы «легкого» жанра. — The Guardian

Шейбону удалось создать лаконичную версию классического детектива XIX века, предназначенного для чтения в гостиной у камина. Он искусно воскрешает не только антураж викторианского детектива, но и образ его самого главного героя. — The Observer

Шейбон снова с легкостью берет высоко поднятую планку: что мешает хорошей детективной истории обладать достоинствами большой литературы? В «Окончательном решении» очистительного катарсиса нет, и в намеренном отказе этот катарсис вызвать заключается главная сила этой книги. Есть вещи, от которых не очистишься. — The New York Times