Я как раз смотрю данные по нему, передал Орфу. Это нейтринный луч, защищенный оболочкой из тахионов. Не представляю, для чего и кому он мог понадобиться. Бьюсь об заклад, что наши лучшие ученые тоже не в курсе.
Ой, погоди минутку… сказал Манмут. Я тут немного увеличил картинку. Оказывается, Старый город… кишит жизнью.
Это люди?
Нет…
Безголовые горбатые полуорганические роботы?
Нет, ответил Манмут. Может, позволишь мне самому закончить?
Извини.
Там тысячи – если не десятки тысяч – существ, похожих на амфибий, с когтистыми перепончатыми лапами. Вроде того, про которого ты сказал, что он похож на Калибана из «Бури».
Чем они заняты? – спросил Орфу.
В основном толкутся без дела, ответил Манмут. Нет, подожди, у Яффских ворот на улице Давида я вижу трупы… А вот еще – на дороге Эль-Вад у площади Стены Плача…
Трупы людей? – перебил Орфу.
Нет, безголовых горбатых полуорганических роботов. Здорово их порвали на части. А многих, кажется, еще и выпотрошили.
Чудовища-калибаны полакомились? – спросил Орфу.
Понятия не имею.
– Пролетаем над голубым лучом, – известил по каналу общей связи Сума IV. – Всем пристегнуться крепче, я попробую опустить туда выдвижные сенсоры.
По-твоему, это разумный шаг? – спросил Манмут у своего друга.
Вся наша экспедиция к Земле безумна, друг мой. У нас нет на борту маггида.
Чего-чего?
Маггида, передал Орфу с Ио. В древние времена, задолго до рубикона и войн Халифата, когда люди ходили в медвежьих шкурах и футболках, древние евреи считали, что у каждого мудрого человека есть свой маггид – нечто вроде духовного наставника из иного мира.
А может, мы и есть маггиды, предположил Манмут. Раз уж явились из иного мира.
Верно, сказал Орфу. Но мы не такие мудрые. Манмут, я еще не рассказывал тебе, что я гностик?
Повтори по буквам, попросил Манмут.
Орфу повторил.
И что это значит? – спросил Манмут.
Совсем недавно он узнал о старом друге поразительные вещи (в том числе – что Орфу эксперт и по Джеймсу Джойсу, и по другим авторам Потерянной Эпохи, помимо Пруста) и не был уверен, что готов к новым откровениям.
Не важно, кто такой гностик, передал Орфу. Но за сто лет до того, как христиане сожгли Джордано Бруно на костре в Риме, они сожгли в Мантуе гностика, суфийского мудреца по имени Соломон Молхо[63]. Соломон Молхо учил, что во времена перемен дракон будет уничтожен без помощи оружия, а на земле и в небесах все преобразится.
– Какие еще драконы? – выпалил Манмут вслух.
– Что? – переспросил Сума IV из капитанской рубки.
– Не понял, – откликнулся центурион-лидер Меп Аху со своего откидного сиденья в транспортном модуле.
– Прошу пояснить. – Голос Астига/Че с британским акцентом, донесшийся с «Королевы Маб», напомнил Манмуту, что корабль мониторит не только официальные сообщения, но и общую болтовню. Однако он горячо надеялся, что их разговоры по фокусированному лучу не прослушиваются.
Ладно, отложим, передал Манмут. Про драконов спрошу в следующий раз.
А по общей связи сказал:
– Простите… ничего такого… нечаянно подумал вслух.
– Прошу соблюдать радиодисциплину! – рявкнул Сума IV.
– Есть… э-э-э… сэр, – ответил Манмут.
В глубоком трюме Орфу громыхнул инфразвуком.
Строительный челнок с Одиссеем медленно приближался к стеклянному городу на астероиде. Сенсоры подтверждали, что сам астероид имеет форму картофелины, его длина около двадцати километров, ширина примерно одиннадцать. Каждый квадратный метр его железоникелевой поверхности был занят светящимся хрустальным городом. Пузыри и башни из стали, стекла и бакикарбона имели высоту до полукилометра. Сенсоры показывали также, что давление внутри всего города нормальное земное, атмосфера состоит из смеси кислорода, азота и углекислого газа в обычных земных пропорциях (о чем свидетельствовали молекулы газа, который неизбежно улетучивался сквозь стекло), а внутренняя температура вполне подходит для человека, жившего у Средиземного моря до климатических перемен Потерянной Эпохи… например, из эпохи Одиссея.
На мостике «Королевы Маб» все старшие моравеки пристальнее обычного мониторили свои экраны и датчики. Астероидный город выбросил невидимое силовое щупальце, которое схватило челнок и потащило к шлюзоподобному отверстию на вершине самой высокой стеклянной башни.
63
…