Впрочем, Манмут понимал, что опасность еще не миновала. То, что они поднялись на несколько сот километров, технически ничего не меняет. Стоит активироваться одной боеголовке, превратив остальные в сингулярность, начнется ужасный пинг-понг сквозь сердце Земли, и миру наступит столь же неотвратимый конец. Быть в невесомости вовсе не значит выйти из поля притяжения Земли. Боеголовки перестанут угрожать планете, лишь оказавшись в миллионах километров от нее и уж точно за орбитой Луны, поскольку там земное тяготение по-прежнему действует. На столь ничтожной высоте исход окажется тем же, разве что в первые минуты коэффициент спагеттификации моравеков увеличится на несколько процентов.
Матово-черный космический корабль обрел видимость – демаскировался, разоблачился… Манмут не мог подобрать нужного слова… возник менее чем в пяти километрах от судна, со стороны Солнца. Корабль был явно моравекский, но куда современнее всего, что Манмуту случалось видеть. Если «Королева Маб» напоминала земной артефакт двадцатого столетия Потерянной Эпохи, то этот корабль, казалось, опередил технологии моравеков на века. Каким-то образом он выглядел одновременно пузатым и безукоризненно обтекаемым, простым и невероятно сложным в своей фрактальной геометрии крыльев летучей мыши, а главное, Манмут ни капли не сомневался, что на борту находится какое-то мощное оружие.
На несколько мгновений он почти поверил, будто первичные интеграторы намерены рискнуть столь совершенным боевым кораблем. Но нет… Не успел он даже задаться этим вопросом, как в изогнутом фюзеляже появилось отверстие и в космос на пероксидной тяге выплыло устройство, похожее на длинную ведьмину метлу, повернулось, выровнялось со шлюпкой и, пользуясь вторичными реактивными двигателями по обе стороны от нелепо раздутого сопла, беззвучно поплыло к ним.
Чему мы, собственно, удивляемся? – передал Орфу по фокусированному лучу. У первичных интеграторов было целых восемнадцать часов, а мы, моравеки, прирожденные инженеры.
Манмут не мог с ним не согласиться. «Метла» приближалась, постепенно замедляя ход и вновь начиная вращаться, так чтобы струи реактивных двигателей были направлены как можно дальше от космошлюпки. Манмут прикинул длину устройства: она составляла около шестидесяти метров; в центре тяжести, словно седло на костлявой кляче, сидели маленький узел с мозгом ИскИна и множество серебристых манипуляторов и зажимов из тяжелого металла, а сразу перед раструбом – непомерно огромный двигатель большой тяги с десятками реактивных сопел.
– Спускаю подлодку, – объявил по общей связи Сума IV.
Манмут смотрел по внешним камерам космошлюпки, как открылись длинные двери грузового отсека и «Смуглая леди», выпустив легчайшее облачко газа, осторожно выплыла наружу. Его любимая субмарина начала медленно вращаться, но, поскольку ее система стабилизации была отключена, даже не попыталась остановить вращение. Манмут подумал, что еще никогда не видел ничего более противоестественного, чем его «Леди» в открытом космосе, на высоте трех тысяч километров над густой синевой вечернего земного океана.
Робот-корабль в форме метлы не оставил подлодку беспомощно кувыркаться, но приблизился и бережно привлек ее к себе руками-манипуляторами, словно любовник после долгой разлуки, и закрепил зажимами, спроектированными под стыковочные устройства на ее корпусе. Затем с той же любовной нежностью ИскИн метлы – либо управляющий ею моравек с боевого корабля – выпустил молекулярную оболочку из золотой фольги и обернул всю субмарину. Видимо, инженеры опасались, что перепад температур активирует черные дыры.
Реактивные сопла вновь полыхнули. Похожий на богомола корабль-робот со «Смуглой леди», закутанной в сверкающую фольгу, отошел от космошлюпки и развернулся так, чтобы сопло смотреловниз – в сторону синего океана, белых облаков и ползущей по Европе границе между светом и тьмой.
– А что они будут делать с лазерными лейкоцитами? – спросил по общей линии Орфу.
Манмут и сам задавался этим вопросом – как сделать, чтобы лазеры-лейкоциты не активировали черные дыры боеголовок, – но так и не решил его за восемнадцать часов, поскольку был занят другим.
– Робота будут сопровождать боевые суда «Валькирия», «Неукротимый» и «Нимиц»[76], – сообщил Сума IV. – Они уничтожат любой приближающийся лейкоцит, оставаясь, разумеется, невидимыми.
76
…