Кораблик привел к смерти Джорджа, но Ричи был прав — он не давал Джорджу заряженное ружье, чтобы тот с ним поиграл. Билл не знал, что ждет его младшего брата. Не мог знать.
Билл глубоко, с всхлипами вдохнул, чувствуя, как камень (он даже и не догадывался о его присутствии) скатывается с груди. И сразу почувствовал облегчение.
Он открыл рот, чтобы сказать об этом Ричи, но вдруг разрыдался.
Ричи в тревоге обнял Билла за плечи (предварительно оглядевшись, чтобы убедиться, что никто не примет их за парочку гомиков).
— Все в порядке. Билли, все в порядке, понимаешь? Пошли. Закрывай кран.
— Я не хо-отел, ч-чтобы о-он у-у-умер. — Билл продолжал рыдать. — Я СО-ОВСЕМ ОБ Э-ЭТОМ НЕ ДУ-У-УМАЛ!
— Господи, Билли, я знаю, что не думал, — ответил Ричи. — Если бы ты хотел кокнуть его, то столкнул бы с лестницы или сделал что-то такое. — Ричи неуклюже похлопал Билла по плечу, обнял и отпустил. — Пошли, хватит реветь, а? Ты же не младенец.
Мало-помалу слезы прекратились. Боль осталась, но теперь она стала другой: словно Билли вскрыл нарыв и вычистил находившийся внутри гнойник. И чувство облегчения не пропало.
— Я н-не хо-отел, ч-чтобы о-он у-у-умер, — повторил Билл, — и е-если т-ты с-скажешь ко-ому-нибудь, что я п-плакал, я ра-асквашу те-ебе нос.
— Не скажу, — заверил его Ричи, — не волнуйся. Он же был твоим братом. Если б моего брата убили, я бы выплакал все глаза.
— У те-ебя н-нет б-брата.
— Нет, но выплакал бы, если б был.
— Вы-ыплакал бы?
— Конечно. — Ричи помолчал, осторожно глянул на Билла, чтобы понять, успокоился ли тот. Билл все еще вытирал покрасневшие глаза, но Ричи решил, что слез больше не будет. — Я что хотел сказать. Мне непонятно, с какой стати призраку Джорджа пугать тебя. Поэтому, фотография, возможно, как-то связана с… ну, с другим. С клоуном.
— Мо-ожет, Дж-Дж-Джордж н-не з-знает. Мо-ожет, он ду-ду-умает…
Ричи понял, что хочет сказать Билл, и с ходу отмел его еще не высказанное предположение.
— Окочурившись, ты знаешь все, что люди когда-либо думали о тебе, Большой Билл, — говорил Ричи уверенным тоном учителя, вправляющего мозги деревенщине. — Так сказано в Библии. Там написано: «И если сейчас мы не может увидеть многого даже в зеркале, после смерти мы увидим все, как в окне».[138] В первом послании фессалоникийцам или во втором вавилонянам. Забыл в каком. Это означает…
— Я по-о-онимаю, ч-что э-это о-о-означает.
— Так что скажешь?
— О чем?
— Давай пойдем в его комнату и посмотрим. Может, нам удастся понять, кто убивает всех этих детей.
— Я бо-о-оюсь идти.
— Я тоже, — ответил Ричи, подумав, что это всего лишь слова, необходимые для того, чтобы убедить Билла отвести его в комнату младшего брата, но что-то тяжелое шевельнулось внутри, и ему стало ясно: он боится до смерти.
Мальчики проскользнули в дом Денбро, как призраки.
Отец Билла еще не вернулся с работы. Шерон Денбро сидела на кухне и читала книгу. Запах ужина, жарящейся трески — доплывал до прихожей. Ричи позвонил домой, чтобы сообщить матери, что он не умер. Просто заглянул к Биллу.
— Кто пришел? — позвала миссис Денбро, когда Ричи положил трубку на рычаг.
Они застыли, виновато переглядываясь, потом Билл откликнулся:
— Э-это я, ма-мама. И Ри-Ри-Ри…
— Ричи Тозиер, мэм! — крикнул Ричи.
— Привет, Ричи, — с полным безразличием в голосе ответила миссис Денбро. — Поужинаешь с нами?
— Спасибо, мэм, но мама зайдет за мной через полчаса или чуть позже.
— Передай ей привет, хорошо?
— Да, мэм, обязательно передам.
— По-пошли, — прошептал Билл. — Хва-хватит бо-болтать.
Они поднялись на второй этаж и зашли в комнату Билла, по-мальчишески аккуратную, то есть настолько аккуратную, чтобы создавать у матери этого мальчишки минимум проблем. На полках навалом лежали книги и комиксы. На столе — тоже комиксы, модели, игрушки и стопка сорокапяток. Тут же стояла и пишущая машинка — старый «Ундервуд». Родители подарили ее Биллу два года назад на Рождество, и Билл иногда печатал на ней рассказы. После смерти Джорджа чуть чаще. Выдуманные истории вроде бы отвлекали от реальности.
138
Скорее всего Ричи вольно толкует цитату из 1-го послания к Коринфянам, 13:12: «Теперь мы видим как бы сквозь