Выбрать главу

Опасное материнство. Семья для сироты

Опасное материнство. Семья для сироты

Опасное материнство. Семья для сироты

Глава 1. Лия

Глава 1. Лия

— Вам плохо, тетя? — мальчик с шариком в руке садится рядом на корточки и заглядывает в лицо.

— Нет-нет, все отлично. — улыбаюсь вымученно, сглатывая тошноту. Потом выпрямляюсь. Не дело - пугать детей, даже если тебе плохо. — Ты хочешь себе этот шарик? У тебя день рождения?

Малыш смотрит на фольгированный шарик, нетерпеливо подпрыгивающий на веревочке от сквозняка.

— Нет, у моей сестры день рождения. Ей будет годик. Мама готовит торт, а мы покупаем подарки.

— Хороший выбор. — хвалю я его, не сдержав улыбку. К стойке подходит мужчина - судя по всему, отец, кладет скидочную карточку в блюдце для монет и рядом - пакет для подарков. Большой. Я пробиваю все, чувствуя, что от картины дружной и счастливой семьи мне становится лучше.

— Ваш чек и небольшой подарок от магазина. — я передаю мальчику покупки, положив сверху шоколадку. — Передавай от нас поздравления своей маленькой сестренке.

— Спасибо! — сияет мальчик, и тут отец внезапно произносит:

— Толя, иди в машину. Я сейчас буду.

Мальчик уходит, звякнув колокольчиком над дверью магазина, а я удивленно поднимаю на мужчину взгляд. Я что-то не то сделала? Наверное, не стоило дарить шоколад. У некоторых детей может быть аллергия на него.

— Вы свободны? — внезапно интересуется он, опираясь на стойку. — Честно говоря, увидел вас и остолбенел от красоты. Может, как-нибудь выпьем чашку кофе?

— Вы же женаты. — в шоке произношу я, а мужчина делано хмурится.

— С женой мы в плохих отношениях. Живем ради детей и планируем развод.

“Но твоему младшему всего лишь год!” — кричит сознание, однако я всего лишь качаю головой и вру:

— Простите, я уже замужем и беременна.

Тот сразу теряет ко мне интерес.

— Жаль. Извините.

Как только он уходит вслед за сыном, я сползаю на корточки, схватившись за рот. Меня снова тошнит. Почему мужчины такие? Неужели они такие все? Не хочу в это верить. Хотя, надо бы. Глупая, наивная Лия внутри меня из-за этого уже подтолкнула меня к громадной ошибке пару месяцев назад.

— Опять тошнит? — над стойкой появляется голова моей напарницы. — Иди-ка домой и возьми больничный. У тебя сейчас самые важные недели беременности ,надо беречь себя. Лия!

Слезы градом текут по щекам после ее слов, а девушка бросается ко мне, обнимая.

— Ну ты чего?

— Гормоны. Ничего страшного.

Самые важные недели. Но только для меня. Для того человека моя ценность и ценность моего ребенка равны нулю. Ну почему же я настолько глупая?

— Давай-ка домой. — девушка поднимает меня с корточек, похлопывая по спине.

— И ты будешь работать за двоих? Нет, Карин.

— Топай! — злится она. — Вечер понедельника, октябрь, кому нужны подарки? Справлюсь. Давай. — она накидывает мне на плечи пальто, и подталкивает к двери. — Вот, постой на улице, подыши свежим воздухом. Как успокоишь свою совесть - иди отдыхай. Как-нибудь подменишь меня, вот и всё.

Она выпихивает меня за дверь, на шумную улицу. Хотя начало октября, после теплого магазина холод кажется поистине собачим, и я ежусь, запахивая пальто. Люди куда-то спешат, огибая меня. Все вокруг усеяно ярко-алыми листьями клена. Они плавают в лужах и прилипают к ногам.

Внезапно кто-то крепко хватает меня за руку, и я вздрагиваю.

— Ты моя мама? — звенит в воздухе наивный, детский вопрос.

Я в шоке опускаю взгляд. Меня держит светленькая девочка лет трех-четырех на вид. Она свитере, таком же красном, как и листья, в джинсах и сапогах. Куртки и шапки нет. Почему она одна и в таком виде? Где ее родители?!

— Я потеряла маму и папу. — продолжает она. — Мне сказали, что у моей мамы красивые волосы. Как у тебя. Значит, ты моя мама?

...

От автора: теперь эта книга и на Литмаркете) Девочки, спасибо, что меня нашли! Пожалуйста, поставьте книге звездочку, т.к это сейчас для нее очень важно. Честно говоря, я в очень хорошем настроении. Чуть позже я вам расскажу, почему)))) Сейчас не могу. Люблю вас. Спасибо, что со мной.

Лия

Лия

Никогда не слышала, чтобы дети именно так искали родителей. Она сирота из детского дома? Вряд ли. На ней недешевая одежда, косички заплетены аккуратно. Из-под воротника свитера выбилась золотая цепочка, неаккуратно цепляясь за ткань.

К тому же, тут нет ни одного детского дома поблизости. Вероятнее всего, у ребенка нет только мамы. Мне приятно за комплимент о красивых волосах, но стать вот так мамой я ей не могу.

— Где твой папа? — спрашиваю я, быстро сориентировавшись в ситуации. — Как его зовут?

Сейчас найду его и тресну по голове. Маленькая девочка вечером на улице одна, недалеко дорога, по которой едут машины - благо, там сейчас собралась пробка. А если она на извращенца наткнется? Или провалится в люк?

— Мой папа - самый богатый и крутой человек в этой стране. — гордо говорит девочка, будто повторяя заученные слова.

— Да? — заинтересованно улыбаюсь я. — И где ты его видела в последний раз?

— Не знаю. — она вздрагивает, заметив что-то за моей спиной и с визгом прячется за мою ногу. — Помоги! Там плохие дяди.

Что?

Обернувшись, я холодею.

Несколько мужчин направляются к нам. Грубые, на лицах зверские выражения, один другого страшнее. Вскинув руку ко рту, зажимаю его, стараясь так же глупо не взвизгнуть, как малышка.

— Отойдите от девочки. — Произносит самый страшный из них. Он слишком огромный и куртка на нем вот-вот треснет по швам. Мужчина прихрамывает чуть на одну ногу, приближаясь. Пригнувшись, он протягивает руку. — Арина, иди сюда. Пожалуйста.

— Не-е-е-ет!

— Я не могу отойти. — севшим от страха голосом говорю я. — Во-первых, кем вы приходитесь ребенку? Хочу видеть ее родителей. К тому же, она меня за ногу держит.

Прохожие оборачиваются на нас. Картина и впрямь занимательная - меня окружают шкафы, по недоразумению называющиеся людьми. Малышка, которую назвали Ариной, визжит, прячась за меня.

Но в ее голосе я не слышу страха. Это банальная вредность. Неужели... неужели ее отец и впрямь кто-то очень богатый, и передо мной... телохранители? Ее охрана?

— Арина... — ласково, как огромный медведь, гудит мужчина, приближаясь еще. В эту же секунду в его лицо шлепается горсть мокрых, грязных листьев. Он резко отстраняется, отплевываясь и вытираясь рукавом. — Твою мать! Нет уж, пусть Эмир с ней возится, я пас. Достало.

“Эмир” — эхом повторяет мое глупое сознание. Какое знакомое имя. Редкое. Нечасто такое встретишь.

— С кем я должен возиться?

От этого голоса спины шкафов даже распрямляются, словно они проглотили железный прут. Мне тоже охота это сделать - встать по струнке. Еще хочется трусливо сбежать и плакать. Почему я снова с ним встретилась?

Я украдкой покосилась в сторону, решив не поворачиваться. Он выходит из хищной и дорогой черной машины, припаркованной у тротуара.

Ветер налетает на него, растрепав угольно-черные волосы. Мне всегда было интересно - какой национальности Эмир, но, наверное, в нем было намешано слишком много кровей. Он и сам не мог знать.

Мы были знакомы с ним со школы. Он был приемным ребенком в семье - симпатичного и здорового мальчика быстро забрали из детского дома. В детстве он был просто симпатичным и даже в какой-то степени милым, но сейчас он стал привлекательным настолько, что хотелось прикрыть глаза, чтобы не порезаться об эту хищную красоту.

К сожалению, его приемные родители погибли, и в пятнадцать лет наши дороги разошлись. Он ушел из школы.

А два месяца назад мы снова...

Нет, не хочу вспоминать.

Эмир смотрит на девочку так, словно на неодушевленный предмет. С равнодушием. После его взгляд скользит по мне - тоже без эмоций, и он уже было открывает рот, чтобы что-то произнести девочке, как вдруг его глаза буквально на секунду округляются. Он снова смотрит на меня.