– Тогда за эти шестьдесят дней ваши чувства станут еще крепче. Если вы подойдете к ней, то сразу же снова предстанете передо мной, и я устрою для вашей задницы, мистер Рейнольдс, настоящее средневековое наказание.
Когда драчуна выводили из зала заседаний, он опять начал вопить, что вовсе не собирался бить свою любимую женушку. Уит про себя пожалел, что в юридической практике не используется кастрация, как это было в древности. Сдерживаясь, он любезно улыбнулся и перешел к следующему делу.
В то утро, не в силах отделаться от мысли о Пите Хаббле, Уит подписал четыре ордера на арест. Он ознакомился с делом о выдаче фальшивых чеков (причем среди обвиняемых были две сестры, которые, по-видимому, пошли на превышение кредита по счету вместе, отчего Уиту стало немного грустно). Затем Уит установил залог в сорок тысяч долларов для вора-рецидивиста, задержанного полицией, когда он отъезжал от только что ограбленного дома. Судья Мозли был весьма удивлен, выяснив, что тот обворовал свою бывшую подружку и вынес из дома не только наличные и электронику, но даже дамское белье. Последним по счету было слушание заявления о признании вины по поводу курения табака от шестерых малолеток, пахнущих мятной жвачкой. Уит приговорил их к двенадцати часам исправительных общественных работ, а также обязал каждого курильщика прослушать лекцию о вреде курения. Похоже, что слово «лекция» прозвучало для них более пугающе, чем приговор о работе, которая обычно сводилась к уборке пляжей. Родители юных курильщиков смотрели на судью Мозли с таким выражением лица, будто он отправил их чад минимум в каменоломни. Уит с грустью подумал: «Ну вот, потерял еще десяток голосов». В заднем ряду зала суда он заметил своего конкурента, Бадди Вира который следил за ним теплым взглядом паука, подбирающегося к попавшей в паутину мухе.
Он быстро перекусил за своим столом, проигнорировав при этом три сообщения на автоответчике от отца Потом ответил на четыре звонка из редакций газет в Корпус-Кристи и Хьюстоне и сообщил им, что Пит Хаббл видимо, погиб от выстрела в голову и сейчас ожидаются результаты вскрытия, чтобы можно было сделать окончательное заключение о причине его смерти. Уит никогда раньше не удостаивался звонка из хьюстонских газет и растущее внимание к этому делу заставляло его нервничать.
После ленча Уит опросил со своей судейской скамьи женщину из Порт-Лео, которая всю прошлую неделю рассказывала своим сестрам и соседям, что у нее на чердаке живет президент Кеннеди, скрываясь от кубинских ракет и развлекаясь с престарелой Мэрилин Монро. Никакого покушения в Далласе и самоубийства в Голливуде никогда не было, утверждала она, и Кеннеди, у которого теперь бритая голова и большая борода, с тех пор постоянно рыбачит в заливах у побережья Техаса вместе со своей белокурой спутницей. Женщина заявила, что она случайно наняла их в качестве садовника и горничной. Для зашиты их и себя она таскала с собой заряженный пистолет – семейную реликвию.
Во время ее рассказа Уит важно кивал. Женщина побрила брови и часто проводила пальцами по безволосым надбровным дугам, которые делали ее похожей на привидение. Со стороны казалось, будто она наматывает невидимые катушки с кинопленкой, крутившейся перед ее мысленным взором.
Она взахлеб говорила:
– Мистер президент обожает воду, но он просто не может показываться снова на Восточном побережье. А остальная часть залива находится ближе к Кубе. – Она понизила голос: – На Западном побережье слишком много камер. К тому же они застрелили там Бобби.[8] Вот почему Джон остается здесь. И вот почему я всегда держу пистолет под рукой. Защита.
– Вы поступили очень продуманно, – сказал Уит. Рядом с женщиной стояли две ее сестры и тихо плакали. А та безмятежно улыбалась, наблюдая, как Уит подписывает распоряжение о взятии ее под стражу и транспортировку в медицинское учреждение для психического обследования. Спокойным, как летний бриз, голосом Уит объяснил ей, что она должна будет встретиться с некоторыми докторами в Мемориальной клинике Порт-Лео. Ответчица улыбнулась, решив, видно, потакать ему в этой глупой затее. Констебль увел женщину и ее сестер из зала. После этого суд по вопросам безопасности дорожного движения выглядел не так уж и плохо.
Когда судебные разбирательства закончились», Уит прошел по отдельному коридорчику в свой маленький кабинет, стянул с себя мантию, под которой были надеты спортивная рубашка с короткими рукавами, джинсы и сандалии без задников, и аккуратно повесил ее на плечики. Сегодня после обеда, в коротких перерывах между заседаниями, он сделал три звонка в отдел медэкспертизы округа Нуэсес. Оказалось, что они еще не вскрывали тело Пита. Дело осложнялось тем, что вчера вечером в Корпус-Кристи сорвалась какая-то сделка с наркотиками и трое двадцатилетних парней сгоряча перестреляли друг друга. В Инглсайде была найдена задушенная женщинами, очевидно, у Пита Хаббла, сына сенатора округа, не было никаких особых аргументов, чтобы пробиться в первые ряды этой очереди из трупов. Помощник медэксперта Лиз Контрерас пообещала, что перезвонит Уиту, как только у нее будут какие-нибудь подробности.