– Красавец… – прокомментировал Корнеев. – Ну, и какой же пакости от тебя ждать?
Смена типа доспеха и оружия, а также обстановки указывали и на смену поражающего фактора.
Скелет тем временем, в полнейшей тишине, прошагал еще немного вперед. Остановился. Развернулся к людям и стал поднимать меч таким же способом, как и предыдущий.
– Всем отойти…
Фламберг вонзился в землю, и оправдывая его название, во все стороны с ревом метнулась стена пламени. Как круги по воде. Яростно, но недалеко. Метров пятьдесят всего. Как раз на всю ширину террасы. Обойти не получится, сунутся в очаг – верная смерть.
А чудовище, наглядно продемонстрировав силу, замерло безразличной статуей, словно ему не было никакого дела до людей. Мол, я вас не трогаю, но дальше не суйтесь. На выпущенную в его сторону очередь из пулемета отреагировал лишь тем, что пламя в его глазницах разгорелось чуть ярче.
– Приехали греки, привезли мандарины… – пробормотал Корнеев. – У кого будут какие соображения?
– Соображения есть… – Петров поскреб затылок. – Я вот гляжу и прикидываю: ведь если задуматься, то все довольно просто устроено. Смотри, как они вооружены… Броня и меч! Защита и атака. Аккумулятор и излучатель. Плюс и минус. Замкнули – пошел разряд. Заземлили – та же шняга, только работает на выброс.
– И что это нам дает? – не сразу сообразил Корнеев.
– А то, командир, что любую энергетическую систему можно закоротить.
Корнеев поглядел на почти трехметровое умертвие и недоверчиво хмыкнул.
– И чем же?
– Да как обычно, проводником… Универсальным… – Сапер указал на канистру с водой.
– Занятно. Как ты себе это представляешь? Подзовем поближе и попросим наклониться, чтобы нам удобнее ему на спинку было полить?
– А вот это, командир, уже не ко мне, – развел руками майор. – Я сапер, другая квалификация. Тут ваши головы подключать надо. Думайте. Но это реальный шанс.
Теперь затылок поскреб Корнеев. В общем-то, как учил профессор Стеклов, абсолютно не решаемых задач не бывает. Надо только суметь рассчитать алгоритм и необходимые ресурсы.
Итак, есть огненный скелет, которого нужно облить водой. Причем пара литров вопрос точно не решит. Полив должен быть качественный. В принципе, сорокалитровая канистра этот объем обеспечивает. Остается решить: как доставить жидкость к объекту?
Забросить? Сорок литров?..
– Степаныч.
– Да?
– Как себя чувствуешь? Силы вернулись?
Семеняк кивнул.
– Как далеко сможешь канистру закинуть?
Игорь Степанович подошел, взял емкость в руку.
Покачал на весу. Примерился. Поставил обратно.
– Думаю, метров на двадцать.
– Двадцать… А радиус огненного поля… – посмотрел на круг выжженной земли, – все полсотни. Пока выйдешь на дистанцию броска, сгоришь.
– А если отвлечь чудище? – подключился к обсуждению Малышев.
– Подойти и попросить прикурить?
– Немец подвига хотел? Вот и случай представился.
– Ты чего, Андрюха? Это ж приговор.
– А амбразуры в немецких дотах грудью закрывать? А таранить их бомбардировщики или на состав пикировать? Это не приговор? А беременной женщине в живот стрелять?[41] – капитан уже почти кричал. – Добреньким стал, да?
– Угомонись, – играя желваками, ответил Корнеев. – На тебя товарищи смотрят. Нервы не в порядке? Покури в сторонке…
– Эншульдиген, геноссе… Капитан прав. Я могу… я должен.
Из услышанного Рудольф Глюкман сделал верный вывод.
– Пока я не прикажу, никто ничего не может и не должен! – повысил голос подполковник. – Думаем, товарищи, думаем! Виктор, ну… Еще одну идейку. Пожалуйста…
Петров развел руками, при этом задев гарду цвайхандера. Меч ландскнехтов немедля свалился на землю, словно рельсу бросили.
Несмотря на то что двуручный меч совершенно не похож на яблоко, да и майор Петров далеко не Ньютон, но толчок мысли был дан и привел к весьма интересному решению. Теоретически обоснованному, но проверить его можно было только, образно говоря, сунув голову в пасть льву. И тем не менее пришлось рискнуть. Других вариантов все равно не было.
Приготовления заняли немного времени, а дальше пошло действие…
Бывшего унтер-фельдфебеля упаковали в кирасу, снятую с предыдущего скелета. Получилось аккурат по размеру. В том смысле, что из-под панциря мертвого гиганта наружу торчали только голова, руки и ноги… чуть ниже колен. Так что передвигаться Руди мог исключительно семенящим шагом. Зато присев и втянув руки и голову – оказывался в бронеколпаке. Как показала практика, неуязвимом даже для пулемета.