Холл и Марстон скоро осознают, что поэтическая составляющая пьес принадлежит перу младшего соавтора. И Марстон будет коленопреклоненно относиться к поэту, обладающему сладчайшим поэтическим даром. Сам он, написав несколько пьес в подражание Шекспиру и еще «Месть Антонио», трагедию мести, вышедшую одновременно с «Гамлетом», имеющую тот же сюжет и доставившую мучительные страдания исследователям, вскоре после второго издания
«Гамлета» оставил литературную деятельность и принял сан. Комментаторы тщетно пытаются объяснить одновременное появление двух пьес, имеющих близкое сюжетное сходство. Одновременность можно объяснить или тем, что кто-то у кого-то списал, или тем, что обе пьесы восходят к одному источнику – Прото-Гамлету, который уже существовал к 1589 году. Вот один из аргументов, который стратфордианцы используют, пытаясь установить дату написания шекспировского «Гамлета». Не могло того быть, чтобы не Шекспир придумал свою самую гениальную пьесу, а позаимствовал ее сюжет у другого автора. Такого даже помыслить нельзя. Загадка эта так для них и остается загадкой [346].
Вот потому Марстон и написал «Пигмалион», поэму, в которой скульптор силой своего гения сотворил дивной красоты изваяние и всем своим существом полюбил его: он знал, что соучастником «Шекспира» был ученик Бэкона Роджер Мэннерс, пятый граф Ратленд, который был моложе учителя на пятнадцать лет и отвечал на любовь учителя платонической любовью. Потому и приложил к поэме поэтическое послесловие с цитатой из «Венеры и Адониса», из которой явствует, что Лабео (Бэкон) был своим созданием отвергнут.
«ГАМЛЕТ» У НЭША
Если последовательно придерживаться принятой точки зрения (соавторы – Бэкон и Ратленд), то брезжит такая разгадка. «Гамлет», о котором Нэш писал в 1589 году, в предисловии к роману со стихами «Менафону» Грина, был сочинен Бэконом. Ученые называют его «Прото-Гамлет» или еще «Ур-Гамлет». Ратленд был тогда слишком юн и в том давнем варианте не участвовал. Но Бэкон уже разглядел силу дарования нового подопечного. Недаром же он вместе с кембриджским наставником Ратленда ездил в Бельвуар – присутствовал плакальщиком на похоронах четвертого графа.
Нэш называет автора «наш английский Сенека», причисляет его к «новеринтам» [347], но, в отличие от других «новеринтов», успешно пишущим. Этим словом, как правило, начинал речь глашатай, объявлявший подданным очередной закон. Нэш таким способом намекает на профессию автора «Гамлета». Из-за этого «noverint»’а среди современных шекспироведов разгорелся сыр-бор. Они почти единодушно считают автором «ПротоГамлета» Томаса Кида. Вот как об этом пишет Гарольд Дженкинс, комментатор Арденского «Гамлета»: «Конечно, Нэш нигде на самом деле не говорит, что именно Кид – предмет его сатиры, но когда все оружие сатиры – аллюзии и намеки, было бы наивно полагать, что если что-то не выражено прямо в словах, то оно и не подразумевается. Утверждение Мак-Керроу – “нет резона предполагать”, что Нэш имеет в виду Кида – должно расцениваться, как редкое, но изумляющее заблуждение (astonishing aberration) [348]». Немного раньше Дженкинс пишет: «Не может быть совпадением то, что Томас Кид был сыном писца [349], что он не стал заниматься отцовской профессией, а переключился на литературное сочинительство…» [350] Остальная аргументация в том же духе, и это один из крупнейших современных шекспироведов.Привела эти цитаты, чтобы читатель Шекспира воочию убедился, во-первых, что даже «Гамлет» до сих пор загадка для исследователей: в самом деле, полагать всерьез, что «ПротоГамлет» написан Кидом, только на том основании, что большинство шекспироведов этому верят (что-то вроде круговой поруки), вряд ли могут даже те, кто отчаянно это отстаивает. И во-вторых, чтобы познакомился со стилем и синтаксисом стратфордианцев: они не только употребляют сослагательное наклонение, что правильно, если нет доказательств, но возводят его в степень, прибавляя слова вроде «surely», «incredible». Эта дополнительная модальность учеными-лингвистами называется «субъективная модальность» и потому служить доказательством не может и говорит скорее о беспомощности доказывающего субъекта. Иногда они позволяют себе по отношению к коллегам, имеющим иную точку зрения, не очень изящные выражения. А есть авторы, допускающие и прямые оскорбления, но это уже от отчаяния. Юпитер, ты сердишься, значит, ты не прав.
347
Noverint значит «Да знали бы они» – сослагательное повелительное наклонение, третье лицо, множественное число от латинского глагола «nosco» – знаю (лат.).