Трое владык занимали свои кафедры в 1566–1568 гг.: архиепископ новгородский Пимен, казанский — Герман и епископ рязанский Филофей[1254]. Четверо иерархов получили назначения лишь с 1567 г. — это ростовский архиепископ Корнилий[1255], тверской епископ Варсонофий[1256], вологодский епископ Макар[1257] и суздальский епископ Пафнутий[1258].
Герман Крутицкий получил свою епархию в 1568 г. (во всяком случае до апреля 1572 г.)[1259] В Смоленске, по Строеву, до 28 июля 1567 г. епископом был Симон, в 1568 г. — Феофил[1260], а с 1572 г. на смоленской кафедре находился Сильвестр[1261].
Словом, судя по списку иерархов, помещенных в житии, собор об опричнине происходил во второй половине 1567 — в начале 1568 г. П.К. Тихомиров приводит следующее загадочное сведение: «В 1567 г. архиепископ Пимен присутствовал на соборе в Москве, на котором рассуждалось о причинах разделения государства, и был царю угождающим»[1262]. По всей вероятности, это сообщение восходит к житию Филиппа[1263]. Но на каком основании оно датируется 1567 г., остается неясным.
Положение еще более осложняется, когда знакомишься с рассказом Таубе и Крузе о выступлении Филиппа. По этому рассказу, митрополит Филипп в Успенском соборе в присутствии духовенства и всех бояр заявил: «До каких пор будешь ты проливать без вины кровь верных людей и христиан… Татары и язычники и весь свет может сказать, что у всех народов есть законы и право, только в России их нет… Подумай о том, что хотя Бог поднял тебя в мире, но все же ты смертный человек, и он взыщет с тебя за невинную кровь, пролитую твоими руками». На следующий день царь приказал схватить тех лиц, которые, как он думал, «побудили митрополита к этому увещанию». Среди казненных были В.Ф. Рыбин-Пронский и др.[1264]
К вопросу о публичном обличении Ивана Грозного мы еще вернемся. Сейчас для нас важно, что Таубе и Крузе связывают выступление Филиппа против опричнины с казнью Рыбина-Пронского и «сторонников и приближенных» митрополита после Земского собора 1566 г.[1265] Семья Рыбина-Пронского, как и Филиппа Колычева, была издавна связана со старицкими князьями. Поэтому весьма соблазнительно предположить, что как Таубе и Крузе, так и автор жития Филиппа смешали воедино два выступления митрополита: первое, происшедшее непосредственно после Земского собора 1566 г., и второе — в 1568 г.
Во второй половине 1566 и в 1567 г. после казни Рыбина-Пронского и других «челобитчиков» репрессии на время поутихли.
Возвращена была даже основная масса ростовских и ярославских княжат, сосланных в Казань и Свияжск летом 1565 г. Казалось бы, настало время снова поставить вопрос о полной ликвидации опричнины. Незадолго до нового и на этот раз решающего столкновения с царем, 30 января 1568 г., Филипп пишет послание в Соловецкий монастырь[1266]. Печальный колорит этого письма и забота его автора о благоустройстве монастырской вотчины показывают, что Филипп уже в начале 1568 г. думал покинуть митрополичий стол и найти пристанище в Соловецкой обители.
О выступлении Филиппа весною 1568 г. сохранилась краткая летописная заметка: «Лета 7000 семьдесят шестаго, месяца марта 22 день… учал митрополит Филипп с государем на Москве враждовати о опришнины, и вышел из митрополича, и жил в монастыре у Николы у Старово»[1267]. Вероятно, именно об этом выступлении подробно рассказано в житии. Однажды в Успенский собор во время службы митрополита явился царь «со всем своим воиньством, вооружен весь, наго оружие нося». Филипп обратился к нему с речью. Он сказал, что своей властью царь подобен Богу, но ему не следует «возноситься» надо всеми. «От начала убо несть слышано благочестивым царем свою им державу возмущати… сия еже твориши, ни во иноязыцех тако обреташеся». Царь резко оборвал Филиппа: «Что тебе, чернцу, до наших царских советов дело. Того ли не веси, мене мои же хотят поглотити». Поэтому благослови нас. На это последовал ответ: «Наше молчание грех души твоей налагает». Филипп протестовал против двух следствий опричнины: против разделения страны на две части («не разделяти, твоя бо есть едина держава», если же царство разделится, то оно запустеет) и против казней («учинен бо еси от Бога, еже разсудити людей божия вправду, а не мучительски сан держати»).
1254
По данным П. М. Строева, последний «в исходе 1568 (или в начале 1569 г.) лишен сана» (Строев П. М. Списки иерархов и настоятелей монастырей российской церкви. СПб., 1877. Стб. 414). Это сведение, возможно, взято из жития Филиппа. С 1569 и во всяком случае до 1572 г. епископом был Сергий (ААЭ. Т. I. № 284).
1256
Его предшественник Акакий умер 14 января 1567 г. (Там же). В ноябре 1567 г. Варсонофий был уже тверским епископом (Елисеев Г. Жизнеописание святителей Гурия, Германа и Варсонофия… С. 53). Варсонофий назначен из архимандритов Казанского Спасо-Преображенского монастыря, куда ушел на покой по данным Строева, в 1570 г. (Строев П.М. Указ. соч. Стб. 442). Летом 1571 г. в Твери на кафедре мы находим уже Савву (СГГД. Ч. 1. № 196).
1257
С 1560 г. на Вологде епископом был Иоасаф, умерший в 1570 г. (Строев П.М. Указ. соч. Стб. 730). Он действительно упоминался в этом сане 22 марта 1565 г. и 19 июля 1567 г. (Троицкая вкладная книга. Л. 94. [ВКТСМ. С. 391]; Архив Строева. Т. I //РИБ. Т. XXXII. № 219) и умер до 21 сентября 1570 г. (Троицкая вкладная книга. Л. 94 [ВКТСМ. С. 39. Ср. 233]). Однако, по Вычегодско-Вымской летописи, в 1564/65 г. епископом назначен был Макарий, умерший в 1576/77 г. (Историко-филологический сборник. Вып. IV. Сыктывкар, 1958. С. 206). При Макарии в 1568 г. заложен Вологодский Софийский собор (ГПБ. FXVII. № 68. Л. 89 об.). Был епископом еще в 1572 г. (Вологодский летописец. С. 25). По Строеву, Макарий был в Перми лишь в 1571–1575 гг. Вероятно, данные Строева неполны.
1258
По данным Строева, исправленным по летописи, суздальскую кафедру с декабря 1564 по 1567 г. занимал Елеуферий (ПСРЛ. Т. XIII, 2-я пол. С. 393; Строев П.М. Указ. соч. Стб. 655). Последний раз в летописи он упомянут в июле 1566 г. на поставлении Филиппа (ПСРЛ. Т. XIII, 2-я пол. С. 403). В 1566/67 г. Елеуферий сделал вклад в Троицкий монастырь (Троицкая вкладная книга. Л. 98 [ВКТСМ. С. 39]). Его преемником, по Строеву, С 1567 по 26 ноября 1569 г. был Пафнутий. По данным вкладной книги Махрищского монастыря, в 1570 г. суздальским епископом сделался игумен этого монастыря Варлаам, который умер в 1585 г. (ЧОИДР. 1873. Кн. III. С. 10).
1259
ЦГАДА. Ф. 197. Портфель 3. № 76. Он сменил осифлянина Галактиона (1565–1568) (Строев П.М. Указ. соч. Стб. 635). Герман упомянут летом 1571 г. (СГГД. Ч. 1. № 196).
1260
Так в Румянцевском списке (ГБЛ. Собр. Румянцева. № 361. Л. 222 об.), в Троицком списке имя пропущено. Феофил (Филофей) был в Смоленске еще в июле 1569 г. (Сб. РИО. Т. 71. С. 605).
1261
Строев П. М. Указ. соч. Стб. 590; ЦГАДА. Ф. 197. Портфель 3. № 76. Сведение о Феофиле могло быть почерпнуто Строевым из жития митрополита Филиппа.
1262
Тихомиров П. К. Кафедра новгородских святителей. Т. II. Новгород, 1895. С. 180. Автор ссылается на рукопись № 2 о новгородских владыках, с. 22, из его собственной библиотеки.
1263
Прямо по житию излагает рассказ о соборе митрополит Платон (Платон. Краткая церковная российская история. Т. И. М., 1805. С. 58).
1265
По Р.Г. Скрынникову, выступление Филиппа состоялось до 20 июля 1566 г., когда тот был вынужден отказаться от своих требований (Скрынников Р.Г. Начало. С. 345). Но митрополит мог обличать опричнину и после подписания грамоты.