— И правда, — согласился Аксютин. Он же сам когда-то нашел радиоактивный фрагмент чего-то. И даже рассказал об этом Терневу.
«Надо же, — подумал он. — Как просто иногда объясняется то, что казалось бы невозможно объяснить».
По пути к месту сбора консультантов обогнал обшитый листами старлайта вездеход-трансформер. Эта мощная машина весом более тридцати тонн способна была действовать как на суше, так и на воде. При этом ее запас хода без дозаправки составлял восемьсот километров. Такими аппаратами снабжались только войска стратегического назначения, поэтому мало кто из простых смертных знал об их существовании.
9
Группа из семи человек, включая водителя, можно сказать с комфортом разместилась в просторном трансформере. Тернев и один из аналитиков майор Чезаров заняли места рядом с водителем. Остальные разместились сзади. Все были одеты в экзоскилатовую униформу [8], дополненную гермошлемами с гетерочастотными коммуникаторами и полиспектральной оптикой, перчатками с биоэлектрическими усилителями мышечных сокращений и ботинками с особой вакуумной подошвой, позволяющей ходить чуть ли не по вертикальным поверхностям. В общем, снаряжение соответствовало классу «прим» и давало возможность неограниченное время находиться в надкритических условиях. В комплект еще входил микроволновый генератор, отпугивающий все виды живности (прежде всего комаров, мошку, гнус), а недельный запас концентратов дополнялся так называемыми «вечными бутербродами» разного состава, которые не засыхают и не портятся три года.
Первая треть пути проходила по речной долине. Окружение опасности не представляло, поэтому против открытых иллюминаторов и люков никто не возражал.
Аксютин вылез на крышу и уселся на теплый пластик. Буквально все, от мелких, прижатых к земле кустарничков, до стройных чозений и высоченных зарослей лопухоподобного шеломайника, вызывало из памяти полузабытые образы, воссоздавало в душе настроение тех лет.
«Черт возьми, — подумал он, с отвращением вспоминая хандру последних дней. — Что бы я делал, если б не закадычный враг Тернев…»
Вездеход снизил скорость, свернул влево и стал взбираться на увалистый склон. Глазам открылись массивные, спорадически покрытые полукарликовой растительностью куполообразные вершины. Где-то там, на пути к одной из них, находилось то, что уже одним своим появлением вызвало переполох, привело в движение огромную военную машину, то, чему, как ни пытались, но так и не смогли подобрать определения.
Обстановка как и прежде беспокойства не вызывала. Тем не менее, примерно за километр до цели, Чезаров, а он исполнял обязанности старшего, дал команду загерметизироваться. Ориентиры были выражены достаточно ясно, поэтому карта, которую он держал на коленях, не понадобилась. В траве и мхах отчетливо просматривался след от вездехода, остатки которого находились рядом с изувечившим его деструктором.
Водитель, усатый прапорщик Скуденко, был немногословен и сосредоточен. Он не отрывал глаз от колеи и, хотя местность была открытой, вел машину с предельной осторожностью.
Издали ксеноморф выглядел вполне безобидно и напоминал скалу-останец, одиноко возвышавшуюся на опятнанном кустистым лишайником склоне.
Метрах в пятидесяти от того места, где состоялась первая попытка знакомства, остановились. Тернев, Аксютин и второй аналитик капитан Лотарь отправились на разведку. Остальные остались под защитой брони.
Объект полностью соответствовал фотографиям, с которыми Тернев ознакомился еще в управлении ССК у Нагорного. Сканирование в ИФ-части спектра подтвердило наличие невидимого в других диапазонах экрана, почти сливающегося с его очертаниями.
Убедившись в отсутствии на подходах к ННО препятствий и заслонов, Тернев снял шлем, перчатки и подал знак.
Скуденко приблизился, выбрал удобную площадку, но мотор глушить не стал. Из вездехода выбрались Чезаров и два сержанта-дозиметриста Скуляк и Ярский, которые тут же приступили к разгрузке и установке измерительной аппаратуры.
Тернев несколько раз обошел обрамленный полосатой лентой периметр и остановился у остова ГТТ [9], как бы вмороженного передней частью в основание монстроподобного чуда.
— Одно не пойму, как они умудрились так вляпаться? — спросил он у Чезарова, который, не переступая ограниченного полосатой лентой пространства, принялся тыкать штативом магнитометра в неровную, изрытую кавернами поверхность.
8