Постоянные утверждения членов Opus Dei, что у Дела нет политической программы, явно ставят в тупик сторонних наблюдателей. Количество свидетельств того, что большинство членов Opus Dei в вопросах секулярной политики — консерваторы, просто подавляет.
1 декабря, через несколько недель после ноябрьских президентских выборов в США, я оказался на автостоянке школы Opus Dei для мальчиков Heights, расположенной в Потомаке, штат Мэриленд, в пригороде Вашингтона. Я заранее приехал на назначенную мне встречу и стал разглядывать наклейки на бамперах, чтобы определить социологический настрой Heights. Я имел в виду, что Мэриленд — «консервативный штат», который отдал за Керри от 39 до 53 процентов голосов; соседний округ Колумбия отдал за Керри подавляющее число голосов. Однако это совершенно не было ясно на автостоянке. Я насчитал по меньшей мере двадцать стикеров за Буша — Чейни против одного за Керри — Эдвардса. Керри был связан с Майклом Перутка, кандидатом в президенты от Конституционной партии, который сурово критиковал Буша и республиканцев за мягкость в отношении к проблеме абортов, — его стикер красовался на бампере огромного автомобиля. Было также много стакеров ПОДДЕРЖИ НАШИ ВОЙСКА и ЕСТЕСТВЕННЫЙ ВЫБОР — ЖИЗНЬ[12].
Естественно, это только то, что я сумел извлечь из стикеров на бамперах. Я решил проверить свои ощущения, поговорив с Верой Голензер, двенадцатилетняя дочь которой учится в школе Opus Dei в Oakreast, а десятилетний сын — в Heights. Как она это истолковывает? «Здесь большинство семей — республиканцы. У них твердые политические взгляды». Она рассказала, что ее дети ездят в одном машине с детьми из семьи, поддерживающей Керри, и один из мальчиков подрался с приятелем, который сказал, что не может ездить в школу на машине со стикером Керри. Другим показателем общего климата может служить то, что в Heights учатся сыновья многих республиканцев, например сенатора Хака Хагеля, республиканца из штата Небраска, и сенатора Мэла Мартинеза, республиканца из Флориды. Можно вспомнить Эдмунда Маски, который баллотировался в президенты в 1972 году, был известным демократом и отдал своего сына в Heights. В то же время Голензер подчеркнула, что в Heights «нет навязываемых политических установок ни со стороны учителей, ни со стороны Opus Dei».
Это пример американской политической ситуации, но в зависимости от того, о какой стране мира идет речь, может меняться политический профиль Opus Dei. Тем не менее в большинстве стран Латинской Америки и Европы очевидна тенденция тяготения к консервативным партиям. В Азии, за исключением Филиппин, Opus Dei недостаточно широко представлен, чтобы иметь выраженную политическую репутацию. Но на Филиппинах его воспринимают как правую организацию. Уильям Эспосо, филиппинский журналист, связанный с движением Фоколаров, так сказал о профиле Opus Dei: «Он воспринимается как центристский с возможностью правого уклона. Имидж Opus Dei никогда не может быть левым или левоцентристским».
Как же объяснить этот феномен, если у самого Opus Dei нет политической программы и он оставляет своим членам свободу выбора? Возможно, есть какая-то внутренняя «установка», объясняющая это несомненное единодушие? На самом деле, как мы сейчас документально докажем, это единодушие не абсолютно — существуют левые члены Opus Dei. В то же время тенденция к правому уклону очевидна, но она не подразумевает наличия тайной программы.
Во-первых, давайте определим, что мы имеем в виду под «консерваторами». Согласно большинству классических теорий, есть три кардинальных принципа консерватизма: 1) ограниченное правление, 2) свободный рынок, 3) зарубежная политика, основанная на национальной безопасности. Если таковы эталоны, то совсем не очевидно, что члены Opus Dei, даже в США, в подавляющем большинстве «консерваторы». Среди них можно найти либертарианцев и государственников, капиталистов и сторонников правительственного вмешательства в экономику. У некоторых членов Opus Dei более «интернационалистские» наклонности, чем у типичных американцев, хотя бы потому, что они серьезно воспринимают свое членство во всеобщей семье верующих и это расширяет их горизонты.
Такой же плюрализм очевиден в других странах. Можно привести пример Испании, где, как уже упоминалось, супернумерарий Федерико Трильо был министром обороны в консервативном правительстве Хосе Марии Аснара и, следовательно, проводил политику вовлечения Испании в войну в Ираке вместе с США. Его жестко критиковала испанская журналистка Пилар Урбано, нумерарий Opus Dei, которая публично доказывала, что эта война была основана на «лжи». (Урбано также утверждала, что вторжение в Афганистан было «вендеттой», а не конкретной реакцией на угрозы террористов.) По сходным причинам критиковал Трильо и Льюис Фойкс, ассоциированный член Opus Dei, обозреватель барселонской газеты Vanguardia. В Италии супернумерария Альберто Микелини можно отнести к консерваторам, а Марио Майоло, тоже супернумерария Opus Dei, — к противоположному лагерю. Он вице-губернатор южной провинции Калабрия и член левоцентристской партии Margherita. Губернатор, с которым он работает, принадлежит к Партии коммунистического возрождения.