— Мистер Грей, — консьерж склонил голову. — Господа из Morgan Brothers ожидают вас в малой конференц-зале.
Пожилой администратор отеля с безупречно подстриженными усами проводил меня к нужной двери. Отель «Плаза» идеальное место для подобных встреч. Престижный, но не привлекающий излишнего внимания, с безупречной репутацией и гарантированной конфиденциальностью.
В конференц-зале меня ожидали двое. Уильям Морган, сухощавый джентльмен лет шестидесяти, и его младший партнер Джеймс Хэвишем, холеный мужчина с зализанными назад волосами и цепким взглядом.
Фирма Morgan Brothers (не имеющая отношения к знаменитому J. P. Morgan) специализировалась на управлении состояниями аристократических семей Новой Англии. Их консервативный подход идеально подходил для части моего плана.
— Мистер Грей, приятно познакомиться лично, — Морган пожал мою руку сухой и прохладной ладонью. — Ваши письма произвели на нас благоприятное впечатление.
Предварительную работу я провел заранее, отправив серию писем от имени Роберта Грея с обстоятельным изложением инвестиционной философии и инструкциями по подготовке необходимых документов.
— Надеюсь, вы подготовили все требуемые бумаги, — я говорил размеренно, чуть растягивая слова, с интонациями человека, привыкшего, что его указания выполняются безоговорочно.
— Безусловно, — Хэвишем открыл кожаный портфель и извлек несколько папок. — Учредительные документы для Baldwin Investment Trust подготовлены согласно вашим инструкциям. Трастовый договор предусматривает вас как единственного распорядителя с полным правом определения инвестиционной стратегии.
Он разложил бумаги передо мной. Я внимательно изучил каждый лист, проверяя формулировки. Это первый слой сложной инвестиционной структуры.
Инвестиционный траст, созданный специально для операций с моим новым капиталом.
— Все выглядит удовлетворительно, — я подписал документы именем Роберта Грея. — Теперь перейдем к стратегии распределения первого транша.
Я извлек из портфеля свернутую диаграмму и расстелил ее на столе. Схема представляла собой пирамидальную структуру инвестиций с распределением по классам активов, рискам и временным горизонтам.
— Как мы обсуждали ранее, первый транш составляет восемьсот тысяч долларов, — я указал на верхнюю часть диаграммы. — Эта сумма распределяется следующим образом. Триста тысяч направляются в агрессивный портфель с преобладанием технологических акций, прежде всего RCA, Western Electric и American Telephone Telegraph. Двести пятьдесят тысяч. В автомобильные компании второго эшелона — Hudson, Nash Motors, Packard. И двести пятьдесят тысяч в инвестиционные трасты с двойным плечом: Shenandoah Corporation и Goldman Sachs Trading.
Хэвишем слегка поморщился при упоминании инвестиционных трастов.
— Должен заметить, мистер Грей, что последний компонент вашей стратегии представляется нам чрезмерно рискованным для клиента с вашей репутацией осмотрительности.
— Я ценю вашу озабоченность, — кивнул я. — Однако для ясности. Мы используем двойной левередж исключительно для краткосрочной игры. Все эти позиции будут закрыты не позднее марта следующего года, независимо от рыночной ситуации.
— А если рынок продолжит расти? — поинтересовался старший Морган.
— Тогда я упущу часть возможной прибыли, но останусь верен своей стратегии, — твердо ответил я. — Я придерживаюсь философии, согласно которой в инвестициях важнее избежать крупных потерь, чем поймать каждый процент роста.
Это заявление явно произвело впечатление на консервативного банкира. Мы продолжили обсуждение деталей, и к девяти утра все документы были подписаны, инструкции переданы, и первая часть операции «Серый капитал» была запущена.
— Мы выполним ваши распоряжения в течение трех рабочих дней, — заверил меня Морган, закрывая встречу. — С учетом объемов, необходимо действовать постепенно, чтобы не вызвать нежелательных колебаний цен.
— Разумеется, — я поднялся, давая понять, что встреча окончена. — Я буду ждать ежедневных отчетов об исполнении ордеров.
Покинув отель, я проверил отсутствие слежки, используя витрины магазинов как зеркала и несколько раз меняя направление. Убедившись в безопасности, я сел в подъехавшее такси и назвал адрес в финансовом районе.
— Банк «Континенталь Траст», на углу Бродвея и Уолл-стрит, — сказал я водителю.
Название банка не имело ничего общего с печально известной Continental Trust, являясь совпадением, которое я находил иронично подходящим для моих целей.