Вэл кладет примочку ей на глаза.
…сегодня я уже примирилась, взяла себя в руки и вышла из дому, чтобы помолиться в пустой церкви и поразмышлять о завтрашнем воскресении Христовом. И вот, когда я шла по дороге, погруженная в мысли о таинстве пасхи, — пелена (произносит это слово врастяжку, с содроганием) — пелена вдруг словно пала с глаз моих. Свет!.. Ослепительный свет!.. Он будто иглами пронзил мне глаза…
ВЭЛ. Свет?
ВИ. Да-да, свет!.. Мы ведь живем между светом и тенью… Свет и тень, свет и тень — таков мир, в котором мы живем…
ВЭЛ. Да. Между светом и тенью. (Кивает головой в знак того, что понимает ее и полностью согласен с ней.)
Они сейчас словно двое детей, наткнувшихся невзначай, на обычной проселочной дороге, на смысл жизни.
ВИ. Мир света и тени — вот в каком мире мы живем… И они… они слиты друг с другом: тень со светом…
Через окно в лавку вглядывается какой-то мужчина.
ВЭЛ. Да, они смешаны в нашем мире: тень и свет.
ВИ. И вот тогда… (запинаясь, словно вглядываясь в представшее ей видение)…я услышала удар грома! Небо разверзлось!.. И там, в разверзшихся небесах, я увидела… да-да, уверяю вас, — увидела огромные, сияющие очи воскресшего Христа… Не распятого, а воскресшего!..то есть, я хотела сказать, воскресшего после распятия — большие, сияющие очи воскресшего Христа! И затем — что-то невероятное… (Подняв обе руки, она широко загребает ими воздух, пытаясь описать апокалиптическую смятенность атмосферы.) И его десница! Невидимая!!! Я не видела его десницы, но она коснулась меня — здесь! (Берет руку Вэла и прижимает к своей большой грузной груди.)
ТОЛБЕТ (появляется в кондитерской, яростно). Жена!!
Ви вскакивает со стула, сбрасывая примочку с глаз. У нее вдруг перехватило дыхание, и она резко отшатнулась: ужас и разрушенный экстаз, испуг и вера — все смешалось в ее взгляде.
ВИ. Это ты?!
ТОЛБЕТ. Жена!!
ВИ. Ты-ы?!
ТОЛБЕТ (приближаясь к ней). Жена!
ВИ. (протяжно). Глаза-а! (Ослабев, как подкошенная, падает на колени, протягивая руки к Вэлу.)
Вэл пытается поднять ее.
Двое или трое мужчин за окном всматриваются в лавку.
ТОЛБЕТ (отталкивая Вэла). Руки прочь! Не смей прикасаться к ней! (Грубо хватает ее и тащит к двери.)
Вэл двинулся было следом, чтобы помочь Ви.
Ни с места! (У двери, Вэлу.) Я сейчас вернусь.
ВЭЛ. Я не собираюсь уходить.
ТОЛБЕТ (выходя с Ви за дверь). Зайди сюда, Пес, и того парня тоже прихвати с собой.
ГОЛОС ЗА ДВЕРЬЮ. Он спутался с женой шерифа, а тот застукал их.
Другой голос повторяет то же самое в некотором отдалении.
Входит Пес Хэмма, молча становится у двери.
На улице не утихает возбужденный говор.
ВЭЛ. Что вам здесь нужно?[6]
Пес не отвечает.
Вынул из кармана складной нож, открыл, отходит направо.
Появляется Коротыш.
ГОЛОСА (за открытой дверью).
— Что ему здесь надо, у нас, этому подонку?!
— Сукин сын, петли захотел…
— Что с ним нянчиться!..
ВЭЛ. Что вам здесь?..
Коротыш закрывает дверь и, вынув из кармана складной нож, молча стоит у порога.
Вэл переводит взгляд с одного на другого.
Уже шесть часов. Магазин закрыт.
Коротыш и Пес посмеиваются: сухой, царапающий смешок, похожий на шуршание опавших листьев.
Вэл направляется к двери, но, увидев вошедшего Толбета, резко останавливается.
ТОЛБЕТ. Кому я сказал — ни с места!
ВЭЛ. Я никуда не иду.
ТОЛБЕТ. Ну-ка, стань подальше, вон под тем светом.
ВЭЛ. Под каким светом?
ТОЛБЕТ. Под тем. (Показывает.)
Вэл заходит за прилавок.
Хочу проглядеть фотографии разыскиваемых лиц. Может, и по тебе решетка скучает?
6
Последующую сцену надо играть, не нажимая, как бы между прочим, словно обычный знакомый ритуал.