— Во время войны была ещё активнее, — ответил Рейнс — Существенная часть товаров, что приходила в Чарльстон и Уилмингтон, минуя блокаду, продавалась здесь с аукциона, дабы потом разойтись по всей Джорджии и Южной Каролине.
— Тут есть книжная лавка? — спросил Ли. — Пожалуй, куплю себе художественный роман, чтобы оставить себе напоминание о пребывании здесь. Уже много лет не имел такой роскоши, как чтение романа, однако, теперь могу себе это позволить.
— Они отлично подходят для поездки на поезде, — сказал Рейнс.
— Как я уже говорил майору Маршаллу, полковник, в данный момент я испытываю определенный… избыток… поездов, — сказал Ли. — Однако на случай, ежели мне придётся ездить на них чаще, чем хотелось бы, мне придётся нанести визит в эту лавку. Как я уже сказал, на всякий случай. — Ли по достоинству оценил выдержку Рейнса. Он гадал, сколько ещё тысяч миль ему предстоит протрястись по железным рельсам, пока его карьера не закончится.
Они остановились перед отелем «Плантатор». Выбежали рабы, чтобы заняться багажом Ли. Вместе с Маршаллом генерал сошёл с экипажа.
— Джентльмены, оставлю вас, дабы вы могли восстановиться после тягот путешествия, — сказал Рейнс. — Если вас устроит, я вернусь завтра к завтраку и отвезу вас на пороховую фабрику.
— Вы очень любезны, полковник, — сказал Ли. — Это максимально удовлетворяет нашим планам. Тогда, увидимся завтра в восемь-ноль-ноль, если для вас не слишком рано.
— В восемь часов в самый раз. — Рейнс вновь отсалютовал. — Хорошего вам дня, сэр, майор.
Экипаж укатил прочь. Ли и Маршалл прошли в гостиницу. Подгоняемая криками белого управляющего и клерков, прислуга сделала все, разве что не занесла их в номера на руках. Но крики звучали добродушно, поэтому Ли решил, что и с обычными постояльцами здесь обращались бы точно так же, как с ним. Это впечатление улучшило его мнение о «Плантаторе».
Ужин ничем его не разочаровал, и за утренним кофе, сдобренным цикорием, он сообщил Рейнсу:
— Ваше заведение, полковник вполне сравнимо с «Галт Хаус» в Луисвилле. Оно определённо меньше, но очень хорошее.
— Я слышал о «Галт Хаус», хоть никогда в нём и не останавливался. Полагаю, сэр, если вы сообщите об этом мистеру Дженкинсу за стойкой, вам придётся отойти подальше, дабы вас не задело разлетающимися пуговицами его жилета, когда того раздует от гордости.
Ли улыбнулся.
— Я лучше подставлюсь под пуговицы, чем под всякие другие вещи, что летали в мою сторону. — Он допил чашку, поднялся. — Возможно, вечером, по возвращении, я рискну встречей с жилетом мистера Дженкинса. Пока же…
Пороховая фабрика располагалась у канала Огаста, что в паре фурлонгов[79] от реки Саванна. Дорога тянулась мимо пороховых погребов, каждый из которых был отделен от соседнего толстым кирпичным валом-траверзом.
— Это оловянная кровля на крышах погребов? — спросил Ли.
— Цинковая, — ответил Рейнс. — В своё время он оказался более доступен. Вместо того, чтобы дожидаться поставок олова, я решил управляться тем, что есть. Именно этим мне и приходилось заниматься всю войну, если я хотел завершить хоть что-нибудь. Фараон заставлял израильтян делать кирпичи без соломы. Оглядываясь на все свои ухищрения, я, порой, думаю, что смог бы делать кирпичи без глины.
Вокруг погребов стоял караул из молодых джорджийских солдат. Ещё больше стояло на страже большого деревянного навеса, под которым размещалась пороховая мельница. Завидев Роберта Э. Ли, они принялись таращиться и тыкать пальцами, утратив даже видимость военной дисциплины. Полковник Рейнс сухо кашлянул.
— Все они жалеют, что не проявили храбрость в бою, как вы, генерал. Солдатская жизнь вдали от грохота пушек не столь обаятельна.
Ли решил, что Рейнс говорил не только за своих людей, но и за себя. Повысив голос так, чтобы его слышали и парни из Джорджии, а не только их командир, он произнёс:
— Без вашего труда, полковник, и вашего гарнизона, те пушки никогда не загрохотали бы. Сколько пороха вы произвели для Конфедерации в Огасте?
— Более двух миллионов фунтов[80], — ответил Рейнс. — Из всего этого, почти три четверти было отправлено на север в Ричмонд для пользы армии Северной Вирджинии. Остальное ушло на крупные орудия укреплений Чарльстона, Уилмингтона и Мобила. Если бы вы внезапно не перевооружились новомодными АК-47, на север для вашей пехоты и кавалерии было бы отправлено ещё больше.
— Действительно, — произнёс Ли. — Именно это перевооружение и его последствия и привели меня в Огасту.