Когда он изложил причины, его товарищи кивнули.
Элси Хопкинс сказал:
— Эта штука вроде как палит так же далеко, как «Наполеон». — Он покачал головой. — Ничо хорошего, когда меня могут подстрелить, а я даже не могу выстрелить в ответ.
Раффин Биггз тоже кивнул, на этот раз Генри Плезантсу.
— Кажись, ты прав, янки. Капитану Льюису надо б узнать об том орудии, да и Добей-Их тоже.
— В смысле, Форресту? — Генри сухо усмехнулся. — Раффин, полагаю, он уже в курсе.
Охрана вокруг Капитолия, охрана вокруг президентской резиденции, охранник с АК-47 в его карете… в окружении охранников Ли ощущал себя заключённым. А больше всего охраны на углу Франклин и Девятой, и пехота и артиллерия, защищающих самые главные секреты Конфедерации.
Разбитое здание, в котором находилось Движение к Свободной Америке, изменилось с тех пор как Ли посещал его в последний раз, сразу после того, как его люди, наконец, сумели проникнуть в святилище ДСА. Дыра во внешней стене спрятанной комнаты стала шире. Её пришлось расширить, чтобы внутри стало светлее — светящиеся трубки под потолком погасли, когда та гудящая штука в стене затихла. Новый брезентовый навес защищал проём от непогоды.
Когда карета Ли подъехала, ему отсалютовал командующий отрядом охраны офицер.
— Делегация конгресса прибыла несколько минут назад, сэр. Согласно вашим указаниям, они ожидают во внешних кабинетах здания.
— Благодарю, майор. — Ли вышел из кареты. Вместе с ним вышел его телохранитель. Он покачал головой. Теперь единственное место, где он мог остаться наедине — это сортир или ванна, да и то, будь она большего размера, охранник, скорее всего, составил бы ему компанию и там. Убийцы расправились со свободой просто самим фактом своего существования.
Когда Ли вошёл в здание ДСА, сенаторы и конгрессмены обернулись в его сторону. Как и Джуда Ф. Бенджамин, тяжело склонившийся на костылях. К счастью, пуля, что попала ему в голень, не задела кость; рана залечивалась. Однако бывший госсекретарь всё ещё передвигался, словно старик, вместо того, чтобы живо заполнять собой пространство, как он привык.
— Джентльмены, я сердечно благодарен вам за то, что вы сегодня присоединились ко мне, — сказал Ли. — Ежели вы будете любезны проследовать за мной, я раскрою вам причины, по которым пригласил вас.
— Лучше бы оно того стоило, — прорычал сенатор от Техаса Уигфолл. — Когда я пытался пройти вон в ту комнату, чёртовы охранники сказали, что пристрелят меня, чтобы остановить. Я не привык к тому, чтобы наши старые добрые солдаты Конфедерации превращались в гессенцев[118], и мне до этого нет никакого дела, вот, нисколечки.
— Они всего лишь исполняли мои прямые приказы, сэр. Заверяю вас, причины этого станут вам известны. Теперь охранники пропустят вас, поскольку вы находитесь в моей компании.
И действительно, перед группой с Ли во главе, охранники дали дорогу Уигфоллу и остальным сенаторам и конгрессменам. Официальные лица прошли внутрь, и уставились на незнакомую офисную мебель в секретной комнате. Уигфолл указал на «qwerty» на столе.
— А это что ещё за хреновина?
— Если вы мне поведаете, сенатор, я буду у вас в долгу, — ответил Ли.
Конгрессмен от Джорджии Люциус Гартрелл, в политике склонявшийся, скорее к Конфедератам, нежели к Патриотам, взглянул на дыру в стене рядом с дверью.
— Господин президент, что там произошло?
— Там располагалось устройство, которое, — Ли указал на потолок, — побуждало эти трубки сверху светиться. После того, как оно перестало работать, мы извлекли его с целью разобраться, на каких принципах оно функционирует. Наилучшей нашей догадкой стало то, что у него закончилось топливо.
— Ну, так подкиньте туда дров или угля? — сказал Гартрелл.
— Непохоже, что оно работает на чём-то твёрдом, скорее, на некоей горючей жидкости, — ответил Ли.
Так ему объяснили военные инженеры, основываясь на остатках какой-то пахучей жидкости, которая осталась в баке с надписью «ТОПЛИВО». Чем бы ни была эта жидкость, это не ворвань — в этом инженеры были уверены. В отношении остального никакой уверенности у них не было. Большинство учёных, работавших с «Генератором Хонда» — так оно само себя называло — считали, что оно вырабатывало электричество, но они не имели ни малейшего представления о том, что именно было необходимо для его выработки. Впрочем, ривингтонцы знали.
Данкан Кеннер от Луизианы, ещё один конгрессмен, склонявшийся к Конфедератам, сказал:
— Всё это, уверен, интересно, господин президент, но мы-то здесь зачем?
Ли кивнул Джуде Бенджамину, с лица которого никогда не сходила вечная лёгкая улыбка. Бенджамин заранее подговорил Кеннера задать именно этот вопрос. Ли сказал:
118
В ходе Войны за независимость, почти четверть британских сил составляли подразделения армии ландграфа Гессен-Кассельского, взятые Лондоном в аренду. В отличие от англичан, скрупулёзно и педантично выполняли все правительственные предписания о репрессиях в отношении гражданского населения, заподозренного в сочувствии повстанцам, чем заслужили глубокую ненависть со стороны американцев.