Федералы на Брок-Роуд тоже были храбрецами, каких Коделл прежде ещё никогда не встречал. Он продолжали пытаться захватить длинную баррикаду. Ни один из них не сумел сократить расстояние до неё до сотни ярдов; никто не сумел бы пройти это расстояние по открытой дороге, когда по нему бьют винтовки конфедератов. Раненые тянули руки и хватали за ноги проходящих мимо, стараясь оградить их от смертоносного огня АК-47. Однако наступавшие стряхивали их руки и продолжали идти вперёд, пока не получали ранение или не погибали.
Наконец, их мужество иссякло. Федералы уже не спешили оказаться в мясорубке. Но даже тогда, они не сломались и не побежали. Они прятались в лесу и за телами погибших товарищей, и ожесточённо отстреливались.
По другую сторону Брок-Роуд треск винтовок приближался к Оранж-Планк-Роуд. Коделл нервно прикусил губу. Янки укрылись в самых густых зарослях Глуши. Это позволяло им более эффективно использовать свой численный перевес против винтовок, чем это было возможно на дороге. Если им удастся обойти перекрёсток, то они сумеют соединиться с войсками, окружёнными на юге.
В воздухе послышался свист и удар. Коделл рухнул наземь, все его размышления о стратегии разом смыл чистый и примитивный ужас. Глушь представляла собой настолько густые джунгли, что артиллерии там места практически не находилось. Огонь по позициям конфедератов на Брок-Роуд, к сожалению, оказался среди исключений.
Первый снаряд упал с недолётом. Спустя мгновение над головой проревел ещё один, упав и взорвавшись в пятидесяти ярдах впереди баррикады. Желудок Коделла превратился в кусок льда. Высчитай среднее между двумя попаданиями и тогда… Он уже попадал под артобстрел при Геттисберге и прекрасно знал, что будет после этого «тогда». Федералы снова заревели своё «ура».
Однако третий снаряд лёг слишком далеко. Если янки выставили на дорогу два орудия, расчёт первого явно перестарался с подсчётами. Впрочем, подобное везение долго не длится.
Этого и не произошло. С левой стороны послышалась плотная стрельба из АК-47 и «крики повстанца». «Ура» северян быстро стихло. Янки начали выбегать из кустов на дорогу и через Брок-Роуд убегать с запада на восток. На какое-то время Коделл оказался слишком ошеломлён, чтобы стрелять по ним.
Первый лейтенант, который, кажется, всё ещё оставался самым старшим офицером на перекрёстке, радостно выкрикнул:
— Слава богу, вот и остальной корпус!
Коделл тоже закричал. Если федералы построились в лесу, чтобы выдавить конфедератов с Оранж-Планк-Роуд, то повстанцы, заходившие с запада на перекрёсток и Брок-Роуд, были размещены идеально, чтобы зайти им во фланг и опрокинуть. Плюс ко всему, по случаю, достичь стоящих на Брок-Роуд орудий и разогнать расчёты. Коделл не знал, что же именно произошло. Он лишь знал, что снаряды больше не падали, и это его радовало.
Разбиты оказались не все янки; в лесу продолжалась пальба, поскольку целые отряды отказывались отступать. На более открытом пространстве сопротивление было бы невозможно; в Глуши же среди деревьев и кустов можно легко найти себе удобную позицию, невзирая на то, что остальные уже сдались. Однако конфедератам удалось захватить протяжённый участок Брок-Роуд.
Коделл принюхался. Помимо знакомой вони чёрного порохового дыма и менее заметного запаха бездымного пороха от АК-47, он почувствовал запах горящей древесины. Перестрелка среди зарослей подожгла Глушь. Он вздрогнул, подумав о раненых и беспомощных людях, глядящих на приближающиеся языки пламени…
От неприятных размышлений его отвлекло позвякивание конской сбруи. Он обернулся через плечо. Там, где конфедератами в тяжёлой битве за перекрёсток командовал скромный лейтенант, теперь стояли генералы Киркланд и Гет, оценивая обстановку. Вот так оно по жизни и происходит, подумал Коделл.
— Как чисто выглядят наши ребята, — заметил Уильям Киркланд. Это замечание редко высказывалось в адрес армии Северной Вирджинии, особенно после нескольких часов боев.
Генри Гет, отличавшийся большей сообразительностью, быстро догадался, что к чему:
— Они не скусывали патроны весь день, эти латунные скусить и не получится, потому и не выглядят как труппа бродячих актеров с зачернёными лицами[47].
— Истинно так, Господи, — сказал Киркланд. — Об этом я и не подумал.
47
Имеется в виду выступление в жанре «блэкфейс» — юмористические зарисовки про негра-недотёпу, которого, разумеется, играл белый с вымазанным сажей лицом.