Салли пробежала мимо чудовища, а оно протянуло лапу, чтобы схватить ее. На бегу она заметила изменение текстуры того, на что наступала. Пол под ее ботинками стал мягким. Она почувствовала, как что-то хрустит под обувью. Салли хлопнула по фонарику, который начал разряжаться. В те несколько секунд, пока фонарик не погас, она увидела, что шагает по кишкам и скелетам.
Салли прошла дальше в пещеру, все еще слыша звуки маниакального смеха и рычания. Она задумалась, почему они еще не схватили ее. До нее дошло, что они, возможно, просто издевались над ней, что только усугубляло ситуацию.
Несмотря на то, что она старалась сохранять спокойствие, она постепенно начала терять самообладание, и у нее начались воспоминания о том, что было совсем недавно, когда все было хорошо, более чем хорошо. Они с Брэдом только что отпраздновали двухлетие совместной жизни. День, проведенный в лесу, показался им обоим идеальным. Откуда им было знать, с какими ужасами им придется столкнуться?
Слезы потекли из глаз Салли, когда она попыталась отогнать печаль и продолжить поиски выхода.
- Проклятье, - прошептала она себе под нос.
В ее голове всплывали ужасные образы: то существо, терзающее задницу Брэда, то, как зеленый туман заставлял плоть Брэда таять. Она мысленно, словно листая блокнот, переживала все это заново.
Внезапно все стихло. Все еще сжимая фонарик, она постучала по нему, надеясь, что он снова включится. После нескольких ударов он включился. Салли вслепую вошла в ту часть пещеры, где по обе стороны тропинки была вода. Там было не так много места, чтобы идти, но у нее не было выбора. Медленно и уверенно, - эти слова она постоянно повторяла про себя. Просто посветив фонариком в воду, она поняла, что там глубоко. Кто знает, что там.
Идя по тропинке, она услышала плеск воды и звуки, как будто что-то поднималось из нее. Сердцебиение Салли начало учащаться. Она не хотела показывать свой страх еще больше, чем уже испытывала, а нервный срыв - не вариант.
Наконец, добравшись до конца водной пещеры, Салли решила бежать так быстро, как только могла. Что бы ни было позади нее, оно быстро приближалось. За мгновение до того, как она бросилась бежать, она почувствовала чье-то присутствие прямо у себя за спиной. Что бы это ни было, оно еле передвигало ноги. При каждом его шаге вода слегка разбрызгивалась. Должен же быть какой-то способ выбраться наружу. Но где?
Постепенно тишина рассеялась. Впереди послышался знакомый шум.
- Этот звук...
Она поняла, что слышит мух, тысячи противных мух. Не обращая особого внимания на то, что было перед ней, она ударилась головой о металлическую дверь, откуда доносился звук. Салли прижалась к ней ухом. Помимо жужжания мух, послышался еще один звук. Казалось, что-то разбрызгивается по земле, сопровождаемый каким-то хрипом. Что бы это ни было, оно продолжало издавать рвотные звуки, из-за чего Салли стало тошнить еще сильнее. Запах, который был раньше, вернулся, но стал сильнее. Глаза жгло, как будто кто-то разрезал огромную луковицу и сунул ей в лицо.
Она стояла, вцепившись в металлическую дверь, пытаясь собраться с духом, чтобы открыть ее, зная, что, что бы ни находилось за ней, ничего хорошего из этого не выйдет.
- Бля, я не хочу этого делать, - сказала она себе, поворачивая длинную дверную ручку.
Очень медленно она начала открывать дверь. Первое, что она заметила, - это яркий свет впереди. Второе - все мухи полетели в ее сторону, залетая ей в рот и запутываясь в волосах. Она распахнула дверь, и на нее налетел целый рой мух. Она протиснулась внутрь, изо всех сил зажмурив глаза и рот.
Пробираясь от разлетающихся мух, она увидела, что дорожка освещена факелами. По шесть факелов висели на каждой стороне стен. Дверь за ней захлопнулась, заставив ее вздрогнуть, а по телу пробежали мурашки.
Запах стал невыносимым, когда она вошла в большую, ярко освещенную комнату. Салли вырвало прямо на пол, прежде чем она успела разглядеть, что перед ней. Она вытерла рот рукой. Еще до того, как она подняла голову, она услышала плеск, словно дети спускались с горки в бассейн. Если б что-то милое...
- О, Боже! - воскликнула Салли, зажав рот рукой.
В центре комнаты сидела женщина, которая казалась очень крупной, и не просто крупной, а женщиной размером с огромную каплю жира. Эта бабища была шириной с два полногабаритных дивана, сложенных вместе. Ее рост, должно быть, составлял около девяти футов[2]. Лицо в кровавых язвах и грязи. Рот постоянно открывался. Когда она хрипела, изо рта вылетали крупные капли слюны. Из пасти падали зеленые куски, а когда она начинала давиться, из лица брызгал зеленый туман.