01.12.20хх
Я подобрался уже близко. Шел от базы «анархистов» и посередине – между Чистогаловкой и Копачами углубился в лес. Говорят, что здесь уже начинается опасный участок. Сталкеры в лес не суются. Несколько дней назад выпал снег. Он мне мешает, демаскирует мое присутствие. Зато следы мутантов тоже отчетливо видны. Я буду продвигаться медленнее, а делать записи чаще… На всякий случай… Если излучение меня все-таки накроет, может быть, я успею заметить это раньше, чем лишусь рассудка…
Прошло четыре часа с момента, как я вошел в лес. Холодно. Пришлось разжечь костер, иначе мне здесь не выжить. Боюсь только, как бы твари всякие на огонь не подтянулись.
Накаркал я все-таки. Пока писал предыдущую запись, зомби приковыляли. Тянутся, видимо, по привычке к огню. Жалко их, но уж ничем не помочь. Возможно, «выжигатель» сделал свое дело. Но я пока что не ощущаю на себе действие пси-излучения. Может быть, мне улыбнулась удача, и я нашел безопасную тропу? Не сглазить бы. А костер бросить пришлось. Пусть греются, бедолаги…
Лес кончился. Вот так – взял и кончился. Последние километры я шел очень быстро, не хотелось в лесу ночевать. Саркофаг в пределах видимости…
02.12.20хх
Я все-таки сделал это… Прошел! Правда, вынужден прятаться, здесь полно этих фанатиков. Откуда они берутся только? Я залез в какой-то железный короб, не слишком большой. Зато могу обогреться всего одной свечкой. В коробе есть отверстия, и кислорода мне хватает, главное, чтобы они не заметили свет… Я проскользнул мимо их патрулей, хотя это было и непросто. Фанатики действуют на удивление слаженно, словно ими управляет кто-то. Они напоминают мне муравьев. Переночую здесь.
Судя по часам, уже утро. Черт, все-таки я сильно замерз, и все мышцы задеревенели. Надо двигаться дальше, пока неясно – куда, но ведь что-то эти сектанты охраняют. Да и все эти сказки про Око не на пустом месте произрастают. Жаль, нельзя их расспросить. Впрочем, почему нельзя? Взять языка? Попробую. Надеюсь, что записи в моем дневнике на этом не прервутся.
Моя затея обернулась неудачей. Отчасти. Я догадывался об этом, но… В общем, языка я взял. Но расспрашивать его о чем-либо оказалось бесполезным. Когда я снял с него маску, оказалось, что это не человек вовсе… Точнее, уже не человек. Это зомби, в самом прямом смысле этого слова. Как он передвигался, я вообще себе не представляю, но он уже довольно сильно разложился… Теперь понятно, откуда возле саркофага столько фанатиков. Пожалуй, и смысл самого существования «выжигателя» ясен. Это просто машина по производству новых зомбированных солдат…
Я сейчас где-то внутри саркофага. Что-то гудит все время… Этот гул… он настораживает меня, не дает сосредоточиться. Возможно, имеет смысл отыскать источник…
Егор отвлекся от чтения и прислушался. Равномерный гул все также доносился до него. Может быть, этот шум сопровождал и автора записей в то время, когда велся этот дневник. А было это, судя по состоянию тетради, довольно давно.
Журналист поморгал, чтобы избавиться от красных кругов, мешавших чтению. Он полистал страницы. До конца рукописи осталось совсем немного, хотя следующие заметки более походили на бессвязное бормотание душевнобольного человека, перемежающееся стихами.
04.12.20хх
…я до сих пор в шоке… Я столько увидел и столько узнал за последние… а сколько я просидел возле него? Судя по моему наладоннику, более 70 часов! Но это просто невероятно! Оно существует! Оно не выполняет никаких желаний, но оно есть. И я с ним говорил. Я теперь знаю суть…
Весь этот технический прогресс… автомобили, самолеты, реакторы, спутники… какая чушь! Какая пропасть отделяет нас от первоисточника, от того, что всегда было с нами, что пронизывает нас и всю планету своими невидимыми нитями…
Да, да! И пресловутый «Клондайк артефактов» существует, только никто не понимает, что это на самом деле такое. Хоть я и не первый, кто дошел до этого места, кто увидел ЕГО и говорил с НИМ. Охотники были и до меня… Да, охотники… И я теперь тоже.
1
Здесь и далее отрывки из романа в стихах Вольфрама фон Эшенбаха «Парцифаль» (перевод Льва Гинзбурга).