Зачем он передал полякам не рассекреченные тогда документы? Какой реакции от Польши ждал? Понимал ли, что наносит нашему государству огромный политический и материальный урон и обострение на долгие годы отношений с Польшей?
14 октября 1992 года копии ключевых документов Политбюро ЦК КПСС, связанных с Катынью, хранившиеся в секретной Особой папке Архива ЦК КПСС, по распоряжению Б. Н. Ельцина были вручены главой Государственной архивной службы Рудольфом Пихоя президенту Польши Леху Валенсе и таким образом обнародованы. Это позволило развернуть в польской печати открытое обсуждение «катынских» вопросов, и версия о виновности НКВД (до сих пор не доказанная) получила в Польше повсеместное распространение.
После так называемого «обнародования кремлевских» документов в польско-российских отношениях начался новый этап. И в споре с Россией Польша, доказывая свою точку зрения, апеллировала именно к этим документам. В апреле 2006 года 70 родственников погибших в Катыни польских офицеров обратились в Европейский суд по правам человека по поводу ненадлежащего расследования Россией обстоятельства этого преступления. Претензии к России, если исходить из международных норм компенсаций, могут в будущем составить до 4 миллиардов долларов США. Но Московский городской суд признал законным отказ рассматривать жалобу родственников польских офицеров, расстрелянных в 1940 году в Катыни. Судья сослалась на содержание в материалах дела сведений, составляющих государственную тайну.
Дошло, вероятно, до правителей России, что любая болтовня или «раздевание» догола перед всем миром стоит огромных денег.
Фальсификация
Горькую лепту в искажение правды внесло и постановление Госдумы России от 26 ноября 2010 года, опять-таки являющееся документом сугубо политическим. 18 июня 2010 года заместитель председателя комитета Госдумы по безопасности Виктор Илюхин потребовал провести парламентское расследование по поводу достоверности катынских документов, обнаруженных в «закрытом пакете № 1», якобы хранившемся в сверхсекретном архиве Политбюро ЦК КПСС.
Для этого у Илюхина были все документальные основания в виде фальшивых черновиков катынских документов, сверхсекретной папки № 29 с фальшивыми документами якобы 1940 года, поддельных печатей и штампов. Все это Илюхин продемонстрировал депутатам.
Выяснилось, что все документы были сфальцифицированы группой специалистов под руководством А. Н. Яковлева во время «перестройки» по прихоти «нового мышления» Горбачева. Однако депутаты приняли сфальфицированную версию «Катынского дела» как верную и бездоказательно признали ответственными за расстрел в 1940 году польских офицеров довоенное советское руководство.
В результате предположительное количество расстрелянных поляков в Катыни завысили в 12 раз — с 1 803, столько насчитали в 40-е годы, до 21 857 человек, это только при 22 трупах, реально опознанных поляков!21
Таким образом возникновению и закреплению в общественном сознании как российских, так и польских граждан весьма далекой от истины польской версии «Катынской трагедии» помимо всего прочего способствовали, мягко говоря, непродуманные ее оценки, сделанные руководителями СССР и России Горбачевым и Ельциным. Специалистами в области истории они оба однозначно не были.
Ради того, чтобы угодить «западным партнерам» и сделать очередной шаг в «разоблачении сталинизма», я предполагаю, что они не гнушались никакими подтасовками и использованием крайне сомнительных «папок», «свидетельств» и «материалов». Не каялись, каяться не в чем, а просто предавали память своих отцов, дедов и братьев. Эти негативные моменты никоим образом не способствуют объективному и беспристрастному изучению противоречивых и трагичных событий 1939–1940 годов. Судеб польских офицеров, оказавшихся в СССР в том числе…