Виктория быстро взяла себя в руки. В прямом смысле: скрестила их на груди, холодно взглянула на него, ноздри ее раздувались.
– Мне остается только подчиниться, не так ли?
– Последовать моему совету.
Сэм не стал говорить, что утечка имен пробужденных происходила по всему миру: в команде Милы были и русский, и француз. В дуэт, желающий разгромить Красную площадь, затесался японец. Но, прежде чем подобраться к ним, кто-то должен был сначала добраться до Нестеровой и других чувствующих. С наибольшей вероятностью вербовщик сидел очень высоко: чтобы незаметно подойти к сотрудникам засекреченной организации, нужно как минимум обладать высоким уровнем доступа изнутри. Последователи Аверс – угроза всему, но они давно пробрались в самое сердце Новой Полиции. Мила рассчитывала разрушить систему, и кое-что ей все-таки удалось. Семена посеянного раздора дали свои плоды: под подозрением теперь каждый.
Точка отсчета 12
Расставание
– Нам нужно расстаться.
Ульяна неоднократно прокручивала эти слова в голове, но произнести их все равно оказалось тяжело. Дальше откладывать было некуда. Да и незачем.
– Солнц, ты сама не своя из-за всего, что случилось. Ты злишься, ты расстроена. Нелегкие выдались месяцы, согласен. Но пройдет время, и ты посмотришь на это под другим углом…
– Стас, все зашло слишком далеко. Я… люблю другого.
Серые глаза потемнели, как Нева в непогожий день, – верный признак того, что он в бешенстве.
– И тебе приятного вечера.
Он с остервенением набросился на оленину, а Ульяна обвела взглядом полупустой зал, обстановка которого теперь давила на нее еще больше. Сводчатые резные потолки под старину, с узорами на светло-голубом фоне, массивные канделябры, картины на стенах. Ресторан «Русский ампир», расположенный в Строгановском дворце, – одна из жемчужин Санкт-Петербурга, сюда просто так не зайдешь. Уже на подходах к нему она знала, что ничем хорошим это не кончится. В помпезных, дорогих заведениях она чувствовала себя на редкость неуютно. Стас настоял, чтобы отправиться на ужин именно сюда. Как будто чувствовал, о чем она собирается с ним говорить.
Чтобы скрыть предательскую дрожь в руках, Ульяна опустила глаза и принялась листать меню, которое попросила оставить. Как назло, оно открылось на десертах, и взгляд уткнулся в название «Пан пердю»[3]. Блюда в ресторане вообще отличались замысловатостью, но это превзошло все. Лелеемая годами выдержка дала сбой, и она сдавленно хихикнула. Нельзя всерьез сожалеть о своей разваливающейся на части личной жизни, когда перед глазами маячит такая строчка.
– Что смешного? – в голосе Стаса послышались раздраженные нотки.
– Ничего. – Усилием воли Ульяна заставила себя посмотреть на него.
К такому нельзя подготовиться. Она несколько раз репетировала этот разговор перед зеркалом, но все изначально пошло не так. Уж точно она не собиралась говорить, что любит Сэма, это вырвалось само собой, и получилось как в бразильских мелодрамах. Хорошо хоть, без надрыва в голосе.
– Послушай, – его голос смягчился, он накрыл ее руку своей и слегка сжал, – я знаю, что у нас сейчас не лучший период, но это не значит, что нужно просто взять и разорвать все… вот так.
– Ты понял, что я сказала?
– Ведешь себя как ребенок, – перебил он, – малейшие трудности – и прячешь голову в песок. Просто ты волнуешься перед свадьбой, вот и выдумываешь всякую ерунду.
– Это не ерунда! Все началось еще до того, как ты сделал мне предложение. За день до этого он приснился мне в первый раз.
– «Он мне приснился», – передразнил Стас, губы его искривились. – Ты сама-то себя слышала? Все началось, когда на горизонте нарисовался высокопарный козел Шеппард. Из-за него наши отношения полетели ко всем чертям? Полагаю, да. Но что бы ты там себе ни надумала, «долго и счастливо» у вас не получится. Мы не в сказке, и он не твоего поля ягода.
Ульяна сжала кулаки. Каким-то образом Стас разглядел самое больное и ударил изо всех сил. Вчера, когда они прощались, Сэм ничего не сказал. Только это не отменяло ее чувств. И кое-чего еще.
– Когда ты провожал меня на лечение, – Ульяна пристально посмотрела на него, – ты знал номер маршрутки, Стас. Откуда?
– Так… – Он плотно сжал губы и замолчал, потому что подошел официант.
– Желаете что-нибудь еще?
– Нет. – Стас облокотился на стол и, когда официант удалился, резко подался вперед. – Почему ты не сказала об этом сразу?
Она вообще не собиралась говорить с ним об этом, но слова вырвались сами собой. Продолжать разговор не было сил. Не хотелось скатываться до уровня откровенно дешевых мелодрам, переходить на взаимные упреки и смаковать их.