Тогда и Осман заговорил:
— Добрые люди, я приехал в селение ваше, потому что хочу говорить с шейхом Эдебали!..
Собравшиеся близ мечети расступились, и Осман увидел шейха. Осман ожидал увидеть мудреца и богослова, подобного тем, каких он видел в Конье и в Хаджибекташе. Но перед ним остановился воин, человек, хотя и немолодой уже, но в одежде воина, в короткой куртке, в сапогах, и на голове его была надета войлочная шапка наподобие шлема, а не чалма. Но кос у него не было.
Шейх Эдебали смотрел на Османа. Осман поклонился.
— Я приехал узнать обычаи и устав ахиев, — прямо сказал он. — Я — Осман, сын Эртугрула!..
— Знаю Эртугрула, — коротко бросил шейх Эдебали. — Когда-то он оказал мне гостеприимство в своём становище в Сугюте…
Эти слова обрадовали Османа.
— Идём в мой дом, — позвал его шейх…
И видя, что шейх Эдебали идёт пешком, Осман также не стал садится на коня, но повёл коня в поводу…
Шейх сам отвёл коня Османова в конюшню, затем сам же и постелил скатерть и принёс похлёбку, приготовленную из мяса козлёнка. Похлёбка приправлена была острыми, пряными травами. Шейх принёс также и питье, выжатое соком из плодов сладких… Вымыли руки и принялись за еду. Во двор выбежала маленькая девочка, лет пяти или шести. Но увидев гостя, смутилась и тотчас побежала в дом…
Осман подумал, что это, должно быть, одна из младших детей шейха…
«Может быть, я не должен задавать ему вопросы о его жёнах и дочерях!» — подумал Осман.
— Женщины и девицы в Итбурну, — заговорил шейх Эдебали, будто угадав, что Осман сейчас подумал о женщинах в семье самого Эдебали, — так вот, я тебе говорю, не могу я справиться с ними! Всего несколько семей, в которых жены и дочери сидят, как положено, на женской половине, и если выходят из дома, закрывают лица. А все прочие ходят, будто жены неверных или кочевницы, открыв лица и высоко подняв головы…
— Вижу, ты человек почтенный, — возразил Осман. — И я у тебя в гостях сейчас! Однако же зря ты равняешь женщин и девушек наших становищ с этими суками неверных! Думаю, ты всё же не хотел обидеть меня! И если бы я нечаянно обмолвился такими словами о женщинах твоего дома, я тотчас просил бы прощения!.. — И Осман отложил на скатерть ложку деревянную, показывая, что не может есть после оскорбления…
Шейх Эдебали посмотрел на него черно, глубоко и сурово. Также отложил ложку. Затем снова поднял её, повертел меж пальцами, глядя по-прежнему на гостя, и наконец сказал:
— Настаивать не стану. Я не из тех, которые желают во что бы то ни стало поставить на своём! Признаю, что ты прав! Прости!..
— Благодарю! — обронил Осман. И тотчас взял свою ложку со скатерти и принялся за еду…
А после трапезы шейх Эдебали по просьбе настоятельной гостя рассказал об ахиях.
— Мы, ахии, — говорил он, — сейчас единственные защитники народа. Наедут монголы — мы отомстим за набег! Какой-нибудь мелкий греческий владетель начнёт притеснять тюрок, опять же — кто защитит? Мы, ахии! К нам примыкают и болгары, и тоски, и гэги[234], и обращаются в правую веру!..
«Оттого и женщины и девицы не соблюдают правил затворничества!» — подумалось Осману. Но из почтения к собеседнику он вслух ничего не сказал. Меж тем, шейх продолжил свою речь:
— Знакомо ли тебе слово «фата»?
— Нет, — отвечал Осман.
— Слово это означает: «боец», «молодец». Ты и сам достоин такого наименования! Так вот, мы, ахии, живём по канонам футувва — чести и храбрости. Каждый из нас — гази — борец против неверных! Мы не позволяем грекам нападать на нас! Смелость и отвага — вот самые важные для нас добродетели. Добродетели эти известны с самых давних времён. Слыхал ты о герое-фата Хатиме ат-Тай’и?
О Хатиме Осман слыхал и был рад сказать это шейху.
— Но Хатим жил очень давно, — продолжил шейх, — жил Хатим ещё задолго до явления нашего славного Пророка Мухаммада, да благословит Его Аллах и приветствует Его! А из правоверных самым лучшим фата был зять Пророка, славный Али. Он был первейшим фата и одним из праведных халифов. Арабы и до сих пор говорят: «Ла фата илла’ Али!» — «Если уж кто и молодец, так это Али!» Я сам слыхал такие слова, когда совершал хадж — паломничество в Мекку…
— Так тебе довелось совершить хадж? Хотел бы и я… Расскажи мне о святых местах!
— Об этом не расскажешь быстрыми словами!..
— Но я горячо надеюсь, что мы видимся не последний раз! Я хочу ещё слушать твои рассказы. И хочу побольше узнать об ахиях. Мне и самому уже охота сделаться одним из них, то есть одним из вас!..
Шейх Эдебали кинул на молодого человека зоркий взгляд и сказал коротко: