— Ты, в сущности, и не желал продвигаться по этому пути далее светлой долины беспрекословного послушания!..
— Пожалуй, что ты прав! Пожалуй, что так оно и есть!.. Но произнесённые тобой слова понятны мне. И если слова молитв, преподанные мне старым имамом, успокаивали меня, то твои слова тревожат меня. Потому что твои слова о душе, о её пути, слишком похожи на слова любви к женщине!..
— Быть может, взбудораженным, встревоженным сердцем легче прийти к Аллаху? — обронил шейх, полулежа, опершись локтем на подушку…
— Быть может! Но этот путь уведёт далеко от жизни обыденной живой…
— Что для тебя эта жизнь обыденная живая? Что ты называешь обыденной живой жизнью?
— Пытаюсь определить!.. Я говорил твоему ученику, что живая жизнь — это многое… Он сказал, что это битвы, оружие, женщины. Зидание великого государства — это ведь тоже и есть живая жизнь!..
— Ты, я вижу, сам не сознаешь странности своих слов! По-твоему, живая жизнь — это смерть?
— А теперь я не понимаю твоих слов? Отчего смерть?
— А ты полагаешь, будто возможно создать великую державу, не убив никого, не пролив реки крови? И ты запомни: это будет кровь людей, которые и не ведают о твоём желании создать великую державу! Они и не ведают, а ты бросишь их под копыта твоих коней во имя твоей великой державы. Это ведь будет твоя великая держава, а не их!..
— Ну, если так, стало быть, живая жизнь — это ещё и неизбежная смерть! Я никого не бросаю под копыта своих коней! И не моя вина, что люди смертны! Я сам — всего лишь покорный раб того неведомого, что мой отец зовёт временем…
— Я хочу сказать тебе ещё слова на нашем языке, на тюркском:
— Я не знаю, что мне делать! Но как возможно говорить о Боге, будто о любви к женщине? Такие речи надо определять как большой грех!
— Ты произнёс: «Я не знаю, что мне делать!»; и я вспомнил ещё свои слова о странствиях человеческой души:
Осман замотал головой, чёрные косы забились на груди:
— Нет, нет! Это не по мне. Ты говоришь о любви к женщине, говоришь о том, что надо пить вино… Женщина в твоих словах обожествлена. Но разве у язычников-многобожников не так?..
— Мы хотим прийти к Божественной сути через нарушение запретов. Это нарушение — одна из разновидностей поиска… Поэтому мы решаемся пить вино и даже вести недостойную правоверных жизнь…
— Это всё слишком мудрено для моего простого разума! Если вы решаетесь вести недостойную жизнь, то чем же вы отличаетесь, прости меня, от неверных, которые всегда ведут недостойную жизнь? И то, неверные также ведь ищут Бога, строят монастыри, отказываются от женщин и вина…