– А твоя жена, – спросил Бундэвик, – она легко согласилась переехать на остров?
– У нее не было другого выбора.
– Всё же ей пришлось оставить работу учителя!
– Она закончила учебный год, а потом попросила найти ей замену. Но она никогда не переставала учить.
– Как это?
– Позже она учила наших детей – Агнес, Мортена и Хедду. А сейчас пришла очередь внуков – Карин и Сюннёве. Класс, скажем, небольшой, но зато они могут похвастаться собственным учителем! Целые деревни только мечтают о таком!
– Тебе повезло, – согласился Бундэвик.
– И не только в этом, – уточнил Сверре. – Ну что, видишь теперь?
– Ты создал идеальный маленький мир, – сказал Бундэвик, и Сверре уловил в словах друга некоторый сарказм.
– Не бывает ничего идеального. Ты работаешь в газете, следишь за жизнью и прекрасно это знаешь. Я ничего не создавал. То, что вокруг меня, – наш общий труд: мой и моих родных.
Бундэвик снисходительно кивнул. Он не собирался вступать в бесплодную дискуссию. Им обоим было под пятьдесят, каждый жил со своим прошлым.
– Твоя сестра тоже, кажется, учительница, – произнес он, меняя тему. – Я что-то плохо помню.
– Всё ты правильно помнишь. Она работала учительницей.
– А потом вышла замуж?
– Она была замужем, да. Но я не об этом. Дело в том, что она умерла.
– Прости, друг.
Бундэвик не спросил, что произошло. О смерти Суннивы он тоже не пытался узнать – Сверре ответил, что знание причины не вернет ее к жизни. Поэтому Нильс не задавал вопросов.
А Сверре больше ничего не сказал.
6
«Кем была Суннива Бьёрнебу?» – записал на первой странице блокнота Нильс Бундэвик.
– Доброй женщиной, – ответил на этот вопрос Сверре. – Так о ней отзывалась Элиза.
Нильс кивнул, размышляя над этим утверждением.
– Я представляю ее простой, может, несколько грубоватой – не знаю даже, какое слово подобрать. Она ведь с детства привыкла работать на маяке. Всю жизнь в заботах. И всё же Суннива смогла написать шедевр. Тут речь не столько о литературных достоинствах – хотя и без них не обошлось, – скорее о теме, которую Суннива не побоялась затронуть. И о важности этого высказывания в борьбе за права женщин. В рассказе речь шла о семейной паре. Муж подавлял жену, полностью лишил свободы. Героиня добивалась развода, не боясь, что он сделает ее изгоем в глазах общества.
– Я знаю эту историю.
– Тогда ты и сам видишь, это сильный и смелый текст. Суннива опередила время, как Камилла Коллетт, – заявил он.
Сверре улыбнулся. Он обрабатывал кусок дерева стамеской, а на коленях держал маленькую Сюннёве – девочке было невероятно интересно наблюдать за работой деда. Сколько раз они с Элизой обсуждали творчество Камиллы Коллетт, стихи Осмунна Винье, романы Юнаса Ли и Бьёрнсона, драмы Ибсена![5] В те летние дни, когда Элиза гостила на острове, она становилась мостиком между Сверре и той единственной, прекрасной частью большого мира, по которой он скучал здесь, – культурой. Сверре почувствовал, как что-то дрогнуло и закололо в груди. Он не стал дальше перебирать воспоминания и тревожить прошлое.
– Ну и конечно, определенная часть нашей так называемой интеллигенции на протяжении многих лет не пропускала в печать рассказ твоей кузины. А написан он был, как я понимаю, в 1888 году, – сказал Бундэвик.
– Всё верно.
– Тему Суннива выбрала слишком смелую и неудобную. И журнал, опубликовавший ее рассказ, тоже проявил определенную отвагу. Но сейчас – к счастью, и, надеюсь, ты разделяешь мою позицию, – мы живем в другое время. Женщины могут открыто высказывать свои идеи, а вскоре они получат право голоса! Наконец-то! Их права признали, женский труд оплачивается, а мужья больше не могут называть себя хозяевами своих жен. И в этом есть и заслуга Суннивы Бьёрнебу.
Сверре спустил девочку с колен и вручил ей маяк, который только что вырезал из дерева. Восторженный взгляд ребенка был для Сверре наградой.
– Ступай. – Он погладил малышку по голове и подождал, пока она уйдет. – Ты говоришь, мы живем в другое время. Возможно. Посмотри на этот маяк. По ночам мой дедушка просыпался каждый час, чтобы подрезать фитили. Теперь лампы позволяют нам спать почти всю ночь. Линзы вращаются и стали такими мощными, что свет маяка виден теперь на очень далеком расстоянии. Времена меняются, дорогой Бундэвик, но не для всех. Надо, чтобы таких женщин, как Элиза и Суннива, стало больше, – но этого всё равно будет недостаточно. Мы думаем, что обрели справедливость, но в стенах многих домов все наши достижения рассыпаются в прах и мужчина снова становится хозяином.
5
Камилла Якобине Коллетт (1813–1895) – писательница, автор социального романа «Дочери амтмана», посвященного роли женщины в обществе; считается первой феминисткой Норвегии. Осмунн Винье (1818–1870) – лирический поэт, журналист, один из создателей современного литературного норвежского языка. Юнас Ли (1833–1908) – писатель-романист, поэт и журналист; его главное произведение – роман «Семейство из Гилье», рассказывающий о судьбе трех сестер. Бьёрнстьерне Бьёрнсон (1832–1910) – поэт и писатель, автор текста норвежского гимна и нобелевский лауреат. Генрик Ибсен (1828–1906) – драматург и театральный режиссер, автор пьес «Кукольный дом», «Гедда Габлер» и других; считается главным европейским драматургом XIX столетия.