Украсится, похорошеет и родное село Ломоносова. За последние годы дела колхоза — он тоже носит имя Ломоносова — круто пошли в гору. По семилетнему плану надои на фуражную корову предполагалось довести до 3,5 тонны, но этот показатель достигнут уже в текущем году. За прошлый год было выдано на трудодень по 8 рублей деньгами да молока по 0,5 литра, да сена по 1,5 килограмма за сенокосный трудодень, да овощей, да картофеля.
Все это мы узнали от той же Т. А. Антипиной: она активный член парторганизации колхоза, долго работала ее секретарем и редактором колхозной газеты.
Завидная энергия у этой немолодой и, по-видимому, не очень крепкой здоровьем сельской интеллигентки…
По знакомым местам
У пристани манил огнями наш старый приятель «Волжин». Забравшись на жесткие верхние нары обширной каюты третьего класса и положив под голову полевые сумки, скоротали мы холодную ночь. А утром с залитой солнцем палубы в последний раз любовались знакомыми видами архангельских лесозаводов и пристаней. У электростанции горы опилок, кран насыпает их все выше, разжимая челюсти грейфера и снова погружая их в трюмы стоящих у берега барж. Года два назад такая картина была бы лишь элементом ландшафта, теперь это тяжелая улика: сжигать опилки — вопиющая бесхозяйственность, и скоро ей будет положен конец.
Случайный попутчик, рабочий одного из лесозаводов, говорит:
— Теперь ничего не пропадает. Дров у директора не допросишься, все идет в дело!
Чему же ты радуешься, занятный ты человек: дров не допросишься, а в голосе ликование!
Британец «Спрайтли»[7] грузится у причалов какого-то лесозавода. Невысокий, с выпуклыми бортами, невзрачный лесовоз на 2—3 тысячи тонн разочаровал бы любителей заграничного блеска. Но нам нравится пузатенький весельчак: он выглядит неутомимым работягой, и таковы наверняка его матросы, чьи микроскопические фигурки виднеются через километровую ширь реки…
Ну вот, приехали. Подают трап, обычная нетерпеливая суета, и все мы, единодушно досадуя на передних за то, что они медленно движутся, а на задних за то, что они напирают, постепенно сходим на берег…
На другой день наш газик одним духом промчал нас вдоль берега Северной Двины до Коскова. С переправой нам повезло: когда мы подъехали, с левого берега уже двигался паром, на котором пестрели белые блузки, красные галстуки и флажки. Это отправлялась на экскурсию группа пионеров из лагеря, каких много по берегам Северной Двины.
А могли день потерять — случается и такое…
За Холмогорами пойменная терраса вскоре становится совсем узкой, всего несколько десятков метров, а далее уже круто возвышается вторая терраса, поросшая лесом. На реке еще виднеются кое-где, обычно против устьев притоков, песчаные отмели и острова, но в целом Северная Двина выше впадения Пинеги стала иной: она течет единым руслом полукилометровой, а местами километровой ширины, и в ее течении ощущается сконцентрированная мощь.
Селения попадаются очень часто, кое-где они следуют одно за другим почти непрерывной цепочкой, на расстоянии не более полукилометра. Строения всюду крепкие и ладные, нередки двухэтажные дома. Вид многих колхозных деревень говорит о высоком благосостоянии. А на прибрежных лугах бродит основа этого благосостояния — все тот же племенной холмогорский скот. Удивительна «интеллигентность» холмогорок: они не лезут под машину, реагируют на сигнал и даже, завидев издалека автомобиль, сами степенно сворачивают с дороги.
Пойменные луга здесь порою узки, как полочки, они ограждены аккуратными изгородями и разделены на загоны. Уровень воды в реке на несколько метров ниже уровня поймы, и следы подъема воды на русловых берегах показывают, что эти луга не заливные или по крайней мере заливает их не каждый год. Они и не влажные, ибо почвенный слой развился здесь на известняках, и грунтовые воды далеки. Богатство травостоя в этих местах несомненно связано с относительным обилием атмосферных осадков. Летние дожди в северной части Архангельской области довольно часты, выпадают они обычно мелкими быстролетными ливнями, и вслед за ними сразу же опять сияет солнышко. Только при удалении от моря за 150 километров заметно повышается сухость.
На зеленых островках, обычно поднимающихся из воды не менее чем на три метра, тоже видны исправные изгороди: там пасут привезенный на судах скот и косят сено. На возделанных полях мало зерновых посевов, зато картофель растет везде довольно обширными и хорошо обработанными плантациями.