Понеделин, Музыченко, Любавин, Куликов, Грищук, Попов, Груленко…»[480]
На документе имеется пометка «Принят 1.8.41 14.30».
Получив телеграмму такого содержания, вечером того же дня С. М. Буденный вызвал И. В. Тюленева к аппарату БОДО и потребовал объяснений:
«Я только что получил копию телеграммы Понеделина и Музыченко, адресованную вам.
1) Отвечает ли эта телеграмма действительному положению? Если да, то что вы предпринимаете?
2) Почему они оказались без огнеприпасов и горючего?
3) Как предполагаете им доставить горючее и огнеприпасы?
4) Какое направление намечаете им дать для выхода?
5) Я беспокоюсь о новой 223 *стрелковой дивизии**, чтобы она не попала изолированно под удар; что касается 116 и 212 стрелковых дивизий, они связаны противником; их совместное действие, как вы просите, является не весьма реальным делом. Все»[481].
И. В. Тюленев сообщил о мерах, которые предпринимаются для восстановления положениями удара изнутри фронта 6–й и 12–й армий и со стороны Черкасского плацдарма и полосы 18–й армии. Трудности со снабжением командующий Южным фронтом отрицал, утверждая, что армии И. Н. Музыченко и П. Г. Понеделина успешно снабжаются. Свой резон в словах И. В. Тюленева был, немецкое кольцо окружения на тот момент имело большие просветы:
«Широкая брешь открылась между обоими горно-стрелковыми полками к западу, юго-западу и югу от Копенковатое и к востоку от леса, прямо там, где противник все время усиливался. „Котел“ все еще оставался неплотным»[482].
Однако все планы И. В. Тюленева начали рушиться один за другим. Беспокойство командующего Юго-Западного направления о судьбе 223–й стрелковой дивизии оказалось не напрасным. На юг от Киева повернул III моторизованный корпус. Прибывавшая по железной дороге из Харьковского военного округа в район Кировограда 223–я стрелковая дивизия генерал-майора Филиппова должна была, как мы помним, нанести удар в направлении Нового Миргорода — Звенигородки. Из района разгрузки на станции Шестаковка, завершившейся 1 августа, дивизия пешим маршем направилась к Новому Миргороду. Задачей дивизии было с утра 2 августа наступать на Шполу, навстречу 6–й и 12–й армиям. Готовясь к наступлению, дивизия заняла оборону в районе Нового Миргорода. Но вместо наступления утром 2 августа 223–я стрелковая дивизия попала под удар 14 танковой дивизии корпуса Э. фон Маккензена и, понеся тяжелые потери, отошла на Чечеливку и далее на Кировоград. Представить себя на месте солдат и офицеров 223–й дивизии просто страшно. Соединение было сформировано наспех, вооружено собранным с бору по сосенке на складах Харьковского военного округа оружием. Состояла дивизия из необстрелянных, плохо обученных людей, еще вчера стоявших у станка или работавших в поле. И вот после нескольких дней в теплушках и утомительного марша по раскисшим дорогам эти люди попадают под страшный удар авиации, танков и мотопехоты, вооруженной орудиями калибром до 210 мм. Было бы удивительно, если бы 223–я стрелковая дивизия удержала удар танкистов 14 танковой дивизии.
К сожалению, на сохранившейся копии приказа командующего Южным фронтом не проставлено время. Поэтому мы не знаем, поступили ли к И. В. Тюленеву на момент его написания сведения о том, что 223–я стрелковая дивизия скована боем в районе Нового Миргорода. Сам И. В. Тюленев в своих мемуарах не потрудился рассказать, как было дело. Если судить по нумерации директив, приказ 6–й и 12–й армиям был отдан до получения информации о судьбе 223–й дивизии. Он выглядит так, словно ничего не произошло. Директива штаба фронта № 0040 от 2 августа снова требует:
«Группе Понеделина, прикрывшись с запада и северо-запада, активными действиями в восточном направлении уничтожать прорвавшегося противника, занять и прочно удерживать рубеж — Звенигородка, Нов. Архангельск, Терновка, Краснополье. Штарм — Нв. Миргород. Ликвидировать просочившегося (? — А. И.) противника восточнее указанного рубежа»[483].
На прорыв 223–й стрелковой дивизии надеялись и окруженные. 2 августа П. Г. Понеделин просит:
«Снаряды не поступают. Осталось по два-три выстрела. Торопите 223 с*трелковую** д*ивизию** *в район** *Ново**Архангельск, Тишковка»[484].
Тем временем войска 6–й и 12–й армий продолжали отходить в район Новоархангельска, уже находясь в кольце окружения. Местность, в которой развернулись последние бои армий И. Н. Музыченко и П. Г. Понеделина, не давала решительных преимуществ ни той, ни другой стороне. С одной стороны, в районе Новоархангельска сливаются устья рек Ятрань, Большая Высь, Синюха с притоками. Опираясь на этот район, отходящие войска получили возможность сохранять некоторую устойчивость. С другой стороны, наличие этих рек в тылу имело и отрицательное значение, так как усиливало оборону 11 танковой дивизии и бригады СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер», закрывающих пути отхода на восток, и горно-стрелковых дивизий корпуса Кюблера, поставивших заслон в южном направлении.
481
Сб. боевых документов Великой Отечественной войны. Вып. 39. С. 23. (Полностью переговоры командующего Юго-Западного направления и командования Южного фронта см. в Приложении).