Сколько сегодняшних кевинов бэрри замучено в эйч-блоках!
Вернувшись из Белфаста в Лондон, не замечаешь особой разницы. Тут тоже раздаются взрывы, воют сирены бронетранспортеров и санитарных автомобилей. К примеру, новогодним «подарком» стала бомба, заложенная около гигантского универмага «Сэлфриджез» на главной торговой магистрали Оксфорд-стрит. По случаю рождества в витринах магазина выставили восковые фигуры героев произведений Диккенса. Каждая витрина — мастерски сделанная сценка из книги. За день до рождества, 24 декабря, возле универмага взорвалась бомба. Она ранила пять человек, искорежила дома. И уничтожила витрины. Чудом сохранилась лишь фигура Оливера Твиста. Целехонький Оливер сидел на мостовой среди обломков елок и осколков разноцветных лампочек.
Перспектива отправиться на тот свет никого не привлекает. Поэтому, получив новогоднюю посылку, англичанин десять раз спросит себя и своих знакомых, не бомба ли там, и лишь потом начнет осторожно открывать ее. Поэтому он стороной обходит автомобили без водителя: они запросто взлетают на воздух. По этой же причине у елки на Трафальгарской площади собирается меньше зрителей, чем когда-то, — где скопление народа, там опаснее.
Правда, людей с копилками в руках стало на площади больше. Надписи на копилках вопрошают: «Не дадите ли что-нибудь для бездомных?», «Вы помните о больных туберкулезом детях?», «Не проявите ли участия к престарелым?» Каждый бросает в копилку сколько может.
На рождество бросал несколько фунтов, пока был жив, и Поль Гетти, нефтяной магнат, считавшийся самым богатым человеком планеты. Каждый год на своей вилле в южном графстве Саррей миллиардер, нарядившись в меховой кафтан — он изображал Санта-Клауса — и напевая рождественскую песенку «Джингл беллз», бесплатно поил чаем и угощал печеньем пятьдесят сирот. На большее число гостей якобы «не мог потянуть». Да и для этих пятидесяти угощения до последней минуты бывало под вопросом: Гетти всякий раз раздумывал, не отказаться ли ему от затеи.
В рождество, о котором я пишу, долго колебался и Карл Арволд, судья одного из районов Лондона: как поступить с миссис Хантер? У женщины не было денег, чтобы купить подарки своим детям, и она украла игрушки. Наконец судья освободил ее. «Пусть мать проведет праздник в кругу семьи», — великодушно объявил сэр Арволд. О гуманности других судей ничего не было слышно, хотя каждый день сообщалось о кражах елочных украшений, которые стали по карману далеко не всякому.
Но владельцам магазинов нужны покупатели. А кто им поможет под Новый год, если не Дед Мороз?
Этот Санта-Клаус стоял на Оксфорд-стрит. Красный меховой тулуп, капюшон, длинная белая борода, мешок на плече. Однако в руках у него отнюдь не дед-морозовский атрибут — плакат «Приходите в магазин «Эванс».
— Тринадцатый год подряд я надеваю в рождество тулуп, — сообщает мне Санта-Клаус.
— Вы по профессии актер?
— Да. Но театр, где я выступал, закрылся, и я остался без работы. Поэтому, если раньше исполнение роли Деда Мороза было для меня дополнительным источником дохода, то сейчас это единственная возможность хоть что-то заработать.
— Почему вы стоите на улице?
— Санта-Клаусы у прилавков магазинов, на представлениях у елки на Трафальгарской площади получают гроши. А ходячие рекламы вроде меня — чуть больше…
Новый год принес разные вопросы: достойные Шекспира по своему драматизму и не стоящие выеденного яйца, настоящие головоломки и до удивления простые. И неожиданные. Ну как не оказаться застигнутым врасплох в следующей ситуации: семья в праздничном настроении приходит в зоопарк, а на воротах висит объявление: «Вы принесли корм для зверей?»
Мама в растерянности роется в сумочке. Папа — в карманах. Но, увы, кроме носовых платков, пудреницы и денег, ничего не находят. Десятилетний сын укоризненно качает головой: что ж вы, родители, не то берете с собой? А четырехлетняя дочка пускается в отчаянный рев.